Девушка, отвергнутая обществом, живёт по собственным правилам. Её жизнь переворачивается, когда она понимает, что за ней кто-то наблюдает. Между страхом и любопытством разворачивается опасная игра, в которой каждый взгляд может измениться всё.
Он громко матерится, кидаясь угрозами. Ева брыкается дикой львицей у меня в руках, пока я тащу ее обратно к бару.
— Тише, ебанашка. Ты его уже обезвредила. Молодец.
— Пусти меня! Я не закончила!
— Закончила! Нахера ты вообще поперлась сюда одна? Не видела, что он идет за тобой?
Ева обмякает, успокаиваясь. Ставлю ее на ноги и она тут же поворачивается ко мне лицом. Легкий ветерок играет с ее растрепавшимся хвостом, в голубых глазах настоящий шабаш.
— Видела.
— Тогда какого черта? Ты врубаешься, что могло случиться?
— Лучше ответь мне, сладкий. Зачем ты пошел за мной?
Хороший вопрос. Если бы я мог это объяснить…
Ева отводит взгляд, слабо улыбаясь.
Что в тебе сидит, девочка? Почему ты так упрямо ходишь по лезвию?
— Возвращайся за бар, Максим, — говорит она, делая шаг в сторону."
"На автомате хватаю ее за руку. У меня нет больше сил сопротивляться ее проклятию. Мы не выбираем тех самых людей. Жизнь сводит их с нами. Мы можем только выбрать, как мы будем вести себя рядом с ними и что можем сделать для них.
— Я скажу охране про бедолагу и тоже вернусь.
Крепче сжимаю ее запястье.
— Максим, — ласково произносит Ева, — я обещаю.
Расслабляю пальцы, отступая назад. Не могу ничего сказать, потому что, блять, нечего. Потому что я чувствую себя дебилом. Потому что я какого-то хрена переживаю за ту, что даже не знаю толком.
— И, кстати, тебе нельзя бить гостей. А вот мне можно, — бросает она, подмигивая, а после легкой походкой направляется ко входу в бар, где стоит парочка охранников.
Коля с перекошенным лицом встречает меня за барной стойкой, девчонки тоже косятся в мою сторону.
— Все нормально, — говорю я, чтобы успокоить ребят.
— Тебе повезло, что Гоша еще не вернулся с перерыва, — говорит Коля.
Киваю, блуждая взглядом по рабочему месту в поисках какого-нибудь занятия, чтобы не дать мозгу крутить всякие глупые мысли и мучить меня. Музыка отступает на задний план, собираю волю в кулак, чтобы не дернуться, как ненормальный, когда начинает вновь звучать ее голос:
— Надеюсь, вы еще не успели соскучиться. Продолжим наш караоке-вечер? Готовы?
Отбираю у Коли пивной бокал и сам наполняю его, внимательно наблюдая за процессом.
— Кислый, все настолько плохо? — спрашивает напарник.
— Сам еще не знаю.
6
Ева
Вручив микрофон каким-то расфуфыренным курочкам, потираю щеку, чтобы унять отголоски жгучей боли. Вот же гандон использованный. Еще и припечатал мне.
