Алиса Аллори взбесилась до такой степени, что почти выкинула дверь. Ее решение было обусловлено высокомерием мужчины, который оспаривал ее права на жизнь. Несмотря ни на что, она не вернется назад и ничего не изменит. Она выбрала свою дорогу, отказавшись от второго шанса начать всё сначала....
Мать, бабушка… а ты за эту проклятую землю…
То, что земля проклята — однозначно. Сначала бесчинства короля Жерара над дочерью, потом кровавые слезы тех, кому отомстила Вариша. Родовой огонь Атейтая можно считать очистительным.
— Я не говорю, что должна, но посмотри, к чему привела ненависть. А все может быть иначе. И если в моих силах разомкнуть порочный круг, я это сделаю. К тому же, как по мне, достойная плата, чтобы стать императрицей, ты не находишь?
— Что? — Подруга поперхнулась. — Это шутки такие? Какая еще плата?
— Шутки, да не совсем.
— А я считаю, что жертвуешь. Знаешь, какая чудесная обстановка была в наших покоях? Во время моей инициации пели птицы, чудесно пахло розами. А что у тебя? Чужая кровь и черная от пожарища земля?
— У меня будет мужчина, с которым все станет неважным, Сицилла.
Сицилла нахмурилась и кивнула. Возразить было нечего.
— Но… мне бы хотелось, чтобы на тебя не давили условности и обстоятельства. Ты не обязана, Алиса. Никому и ничего. Ты даже годы своего унижения спустила Элис с рук. Я своему отцу никогда не прощу того, что он с нами сделал, а ты…
Нет, тут Сицилла ошибается.
— Я люблю отца, Сицилла. Пусть он не сумел защитить меня в своем доме, дал слабину, но когда я нуждалась в нем, папа был рядом и всегда был на моей стороне. — Я улыбнулась и протянула к ней руки. — Ты же любишь Кортина, но и он поступал со мной нехорошо, желаешь, чтобы я возненавидела его?
— Конечно, не хочу, — сестра крепко меня обняла, — однако я бы так не смогла.
