Алиса Аллори взбесилась до такой степени, что почти выкинула дверь. Ее решение было обусловлено высокомерием мужчины, который оспаривал ее права на жизнь. Несмотря ни на что, она не вернется назад и ничего не изменит. Она выбрала свою дорогу, отказавшись от второго шанса начать всё сначала....
Все, что мы узнали из лекций во время обучения в пансионе, — капля в море. Мы изучали быт и нравы общества империи и союзных государств, готовились стать идеальными женами высокородных лордов. Но только сейчас каждая из нас в полной мере осознала, что в нас взращивали не готовность стать хорошей матерью детям и поддержкой мужу, а усладой и утехой. А знания… лишь для того, чтобы пансионерке выглядеть достойной лорда и его семьи и не посрамить мужа, даже если самой девушке некомфортно в его обществе или в закулисье императорского дворца.
"Нас не обучали тому, как стать счастливыми. Не говорили, что помимо послушания и терпения существуют еще наши желания. И я совсем не о сумасбродстве или богатстве и власти, речь о простом и насущном. О поиске себя и своего места в мире, полном чудес.
Поэтому я легко могла понять ребячество подруг, их состояние и эмоции. Им все внове, а самое главное — изменение их положения им нравится, несмотря ни на что. А Мур просто вредина и не очень любит игры. Особенно если сразу не признают, что он — самый лучший гримуар на свете.
Но, как и любое существо, пусть и не живое, он испытывал гордость. А искренний восторг подруг окончательно задобрил мою ворчливую тетрадку.
— Это было очень легкое задание. — Пару минут спустя Мур снизошел до общения. — Я на многое способен, да, Алиса?
— Конечно, — живо подтвердила я.
— Вот! — победно заключил гримуар. — А посему зовите меня Мур Великолепный!
ГЛАВА 9
К тому времени как девушки вдоволь наговорились с гримуаром, наступила пора ужина.
Я успела кратко рассказать подругам, что с нами произошло за время, что мы не виделись, прежде чем мы пошли в малую столовую.
В коридоре столкнулись с Сициллой, ее матерью и сестрой. Маленькая Мария Толай действительно плохо перенесла оспу. На личике остались следы от язв, которые она безуспешно пыталась прикрыть распущенными волосами. Жалость к несчастному подростку кольнула сердце.
— Мур, а на такой случай существуют зелья? — мысленно потянулась к гримуару.
