Автор
В зимних сумерках тихий голос воскрешает давнюю ненависть к холоду. В маленьком, уютном кабинете с пастельными стенами и абстрактными картинами Татьяна Ивановна вызывает на разговор забытую девочку. Здесь нет меланхолии — лишь понимание и тепло, где открывается мир душевных секретов....
— Арик! — смеётся Ника, словно остолоп только что удачно пошутил, а не облил меня ушатом грязи. — Ну зачем ты так? Тасе просто не повезло.
Мне так и хочется сказать, что Нике не повезло куда больше: влюбиться в лжеца — сомнительное счастье! Но я в очередной раз тушуюсь перед человеческой наглостью.
— А разве Ару не запрещено приближаться к нашему дому? — Своим вопросом хочу убить двух зайцев: подорвать непоколебимую веру Ники в этого придурка, да и самого Турчина поставить в неловкое положение. Не же мне же одной краснеть, правда?
— Это было вчера, — ухмыляется Аристарх и, нарочно задев меня плечом, подходит к кофемашине за добавкой «американо».
— Арик, — ласково осаждает его Ника. — не пугай девочку. Тася, садись завтракать! Ар нальёт тебе кофе. Правда, милый?
— А ей не рано взрослые напитки пить? Может, давай Наташу попрошу сварить малявке какао?
— Мне уже скоро восемнадцать! — выкрикиваю, не подумав, чем вызываю очередной приступ смеха.
"— Не обращай внимания, Тась. — Ника осторожно ставит кофейную чашку на блюдце и постукивает пальчиками по столу, указывая, куда я могу сесть. — Лучше расскажи, как дела.
— У папы в среду операция, — отвечаю, занимая место рядом с сестрой. — Ты ведь уже знаешь про аварию?
— Разумеется, — безразлично кивает Ника, а сама продолжает строить глазки Ару.
И всё же я считаю своим долгом ещё раз всё рассказать: о том страшном вечере и папином диагнозе, об операции и своих надеждах.
Я замолкаю, даже забываю сказать спасибо, когда Турчин ставит перед моим носом чашку с кофе. Он садится напротив меня и снова начинает болтать с Никой, словно меня здесь и нет.
— А что с Савицким? — бесцеремонно нарушаю идиллию этих двоих.
— Очередной приступ, — между делом бросает сестра. — Ночью слышала, как орал? Хотя тебя же к бассейну поселили.
Теперь примерно представляю, о чём говорила мама, но всё равно не улавливаю сути происходящего.
— Погоди! — Несмотря на то, что Ника вернулась к беседе с Ариком, я снова переключаю её внимание на себя. — Какой ещё приступ? Я не понимаю.
— Гера — псих, а ты не знала? — Ар с удивлением смотрит на меня. Придурка не смущает, что говорю я с сестрой.
