Автор
В Яблоко Монте-Кристо мир пропадает в загадочное путешествие сюрреалистических ситуаций, где обыденность рушится под влиянием абсурда и чудес. Каждый новый поворот сюжета несет в себе новую потрясающую шутку или паузу, заставляя вас задумываться о том, что возможно в жизни....
Несмотря на неадекватность поведения, продемонстрированную Магдой, мне стало жаль девицу, может, тут сыграла роль цеховая солидарность? Я ведь тоже секретарь, хотя и без приставки «пресс».
Нора уцепила меня за рукав и, проорав: «Иван Павлович, уходим!» – уволокла господина Подушкина на лестницу.
В лифте хозяйка поправила растрепанную прическу и гордо спросила:
– Ну? Здорово я ей врезала? Теперь поостережется тараканов распускать!
Я машинально закивал. Ей-богу, у Элеоноры совсем не женский менталитет. По идее, фраза «Здорово ей врезала» должна прозвучать из уст мужчины.
– Вы были неподражаемо убедительны!
– Не слишком ли я была агрессивна? – забеспокоилась остывшая Нора, – все же не хочется из-за каких-то насекомых затевать полномасштабную драку с соседями.
– Нет-нет, – уверил я, – в самый раз. Полная победа разума над невежеством.
– Льстец, – усмехнулась Нора, – ступай, спи спокойно!"
"Я не преминул воспользоваться любезным предложением и моментально заполз под одеяло. Через пару секунд замерзшие ноги согрелись, приятное тепло охватило тело, но Морфей не спешил обнять господина Подушкина.
По светлому паркету в тусклом свете одинокого бра, зажженного в самом конце длинного коридора, передвигался огромный, чудовищно большой таракан. До сих пор подобного монстра я видел лишь в идиотских фантастических роликах, рассказывающих о нападении на Землю инопланетян. Если вы смотрели фильм «Люди в черном», то сейчас понимаете, о чем я веду речь.
Впрочем, речь-то у меня как раз пропала полностью, способность передвигаться тоже, я лишь тупо наблюдал, как этот кошмар медленно шлепает по коридору. Потом он остановился и прошептал:
– Ваньша, извини, не хотел тебя разбудить.
И тут до меня дошло! Никакого монстра нет и в помине, по паркету, отчего-то на четвереньках, бредет Леша, облаченный в халат из коричневой блестящей тафты.
