Автор
Мама проклинает непогоду, как будто это она её вызвала, а я дрожу от каждого раскатистого грома. Она даже усмехнулась, забыв на мгновение об опасности. Внезапно я вижу мир иначе — словно Яблоневый сад для Мисс Лизы, где каждый шорох является сигналом приближающейся бурмы. Это не просто описание погоды, это портрет мистического леса, который готов напомнить о своих опасностях в самой непредвиденной минуте....
И лишь год спустя мама, увлёкшись гаданиями на картах, нагадала себе странные вещи, каждый раз огорошивая меня такими высказываниями:
– Лизка, не предавал он меня, столько лет жили душа в душу! И не бросил он нас по своей воле, стал жертвой какой-то махинации!
И ещё:
– Надо на природе проводить весну и лето, тогда урожай не только в земле богатым будет, но и в жизни, – припечатала она как-то вечером, когда я вернулась с работы, даже обувь скинуть не успела. – Завтра суббота, вот и поедем в домик бабушки и дедушки, осмотримся.
Родительница твёрдо вознамерилась стать дачницей.
Я высказалась против, привела доводы, но её ни на миг не убедила. И потом, она вдруг стала одеваться не в чёрные хламиды, а в свои симпатичные брючки, платьица. Даже пошла в парикмахерскую и закрасила всё то седое безобразие, что было у неё на голове. Эти перемены сильно меня порадовали, и я решила не сопротивляться и посмотреть, что из всего этого выйдет.
Ещё раз громыхнуло, и я вдруг вспомнила сказки, которые мне рассказывал дед. Как раз под атмосферу сегодняшнего дня. Когда-то я заслушивалась его байками, широко распахнув глаза. Верила и в благородных принцев, и в красивых, чуточку капризных принцесс.
Но то время давно прошло, теперь я взрослая тридцатилетняя женщина, переводчик в крупной иностранной компании.
Баб-бах! Бух! Пух! – бесновалась непогода.
– Сегодня придётся отложить поход в огород, – покачала головой мама, – рассаду помидор и огурцов, коли распогодится, завтра пересадим на грядки.
Небо прочертила ослепительная молния, затем ещё одна, всё это сопровождалось грохотом, как будто разъярённый ямщик стегал непокорную тройку вороных коней.
– Пойдём, поспишь немного? Всего пять вечера, подремлешь, – предложила я, матушка кивнула, и я подошла к ней, чтобы помочь встать из старенького глубокого кресла.
Дедушкино кресло. Мама так и не решилась его выбросить.
Мы пересекли маленькую гостиную и вошли в комнатку.
– Лиза, найди-ка сорочку, где-то в чемодане была, я её ещё не вынимала, – попросила она, сама же зарылась в свою сумку в поисках чего-то.
