Автор
Я просыпаюсь в темной комнате, прижимаясь спиной к холодному металлу кровати. Тепло подстилки и мягкая одежда выдают чужие объятия, не принадлежащие мне. Чувствую запах лаванды и воспоминания тепла, но здесь всё остальное — холод, пустота и тоска.
— Возможно, но я никогда не видел, чтобы он так увивался за юбкой. Даже за своей покойной женой так не бегал, а Валерия была умной женщиной.
— Вы всех женщин делите на умных и глупых? — спрашиваю, снова бросая украдкой взгляд на Илью.
Вижу, как он смотрит в нашу сторону и что-то говорит мужчине, что пришел со Станиславой.
— Не всех, некоторые мне неинтересны, а вот вы… — Иван Николаевич делает паузу. — Мы могли бы с вами поужинать на днях? Я позвоню вам завтра, договоримся о времени встречи.
— А если я скажу, что не согласна?
— Значит, я ошибся в оценке ваших умственных способностей, — хмыкает Хабарин и, кивнув, отходит от меня.
Что ему нужно? Насколько я знаю, сейчас у папы с этим грубым человеком никаких дел нет. Или мне только кажется? Как же я устала, хочется быстрее домой, залезть в горячую ванну и нареветься от души. Держусь буквально из последних сил, а еще ужин с Даниилом. Если он надеется на продолжение вечера, то его ждет большое разочарование.
— Машину подали, — подходит ко мне Быстрицкий.
Вижу, как ему с трудом удается скрыть раздражение от разговора с моей сестрой. Что, бывший муж, тебя достают женщины? Я думаю, что ты привык к этому в свое время, но осадить тебя должна.
— Мне кажется, нам не стоит ужинать вдвоем, — говорю Даниилу, пока мы выходим из театра и идем к машине. — Не могли бы вы отвезти меня домой?
— А что случилось, Полина Анатольевна? Я где-то перед вами провинился? — обаятельно улыбается Быстрицкий, помогая мне сесть в машину.
Сам обходит автомобиль с другой стороны и садится рядом.
— Не люблю быть третьей, да и второй тоже, — говорю Даниилу, глядя ему в глаза.
— Всегда первая? Мне подходит, — усмехается тот.
— Ваши отношения с Алевтиной Княжиной…
— Нет у нас никаких отношений, — сердится Даниил, но тут же сбавляет тон, берет меня за руку, целует. — Были когда-то, но поверьте мне, ничего серьезного. Даже не знаю, как теперь избавиться от нее.
— Может, девушка не поняла, что вы ее больше не любите? — мягко убираю руку из его рук и делаю вид, что поправляю меховой палантин на плечах.
— Она не хочет этого понимать.
— Надеюсь, я не встала между вами? — делаю невинное лицо, словно не хочу быть помехой.
— Ну что вы, Аля вам не конкурент.
— И все же, я хотела бы, чтобы она не сердилась на меня. Поэтому прошу вас отвезти меня домой. Поужинаем в другое время.
Даниил неохотно дает указания водителю, а я вижу, как он зол, как играют от злости желваки на его скулах. Он просто в бешенстве.
