Автор
Я просыпаюсь в темной комнате, прижимаясь спиной к холодному металлу кровати. Тепло подстилки и мягкая одежда выдают чужие объятия, не принадлежащие мне. Чувствую запах лаванды и воспоминания тепла, но здесь всё остальное — холод, пустота и тоска.
Валерия передала своему мужу все сама, завещание составлено в его пользу, поэтому какие тут претензии к воле покойной?
— Никаких, — соглашаюсь я. — Но меня это не интересует.
— Разве? — улыбается Хабарин. — Вас как умную женщину должны интересовать деньги.
— У меня они есть, — отмахиваюсь я, делая вид, что какая-то мелочь в виде Быстрицкого не вызывает во мне бурного чувства.
— Любой мужчина заслуживает шанса быть любимым."
"— Иван Николаевич, наш разговор начинает меня утомлять, — приподнимаюсь из кресла, ставлю бокал на столик.
— Да, я слышал по поводу клубов, но это так мелко, Полина Анатольевна. Клубы… Несерьезно, — морщится Хабарин. — Такая женщина как вы достойна взлететь выше, а не руководить всю жизнь пьяной забегаловкой.
— Эта забегаловка приносит хорошие деньги, — не соглашаюсь я.
Хабарин подхватывает меня под локоть и ведет в столовую, где уже накрыли стол, поставили закуски и горячее.
— А если к вашим клубам добавить бизнес Быстрицкого? Скажем так… Вы полная хозяйка почти всего, что принадлежало раньше Валерии Княжиной. Как вам такое?
— Не понимаю вас, — делаю из себя дурочку, усаживаясь за стол и расправляя салфетку на коленях.
— Тогда я скажу проще, — усмехается Хабарин. — Мы провернем одно дело, за которое вы будете мне благодарны. Взамен вы получите очень хорошую сумму, в том числе и клуб Быстрицкого.
— И как вы это сделаете? — смеюсь я.
— Очень просто, я обещаю сделать вас богатой вдовой безвременно почившего Даниила Быстрицкого. Меня не интересуют его деньги, я хочу акции Княжина. То, что ему оставила покойная жена, меня очень даже привлекает, но не всё. Сам Княжин мне акции не продаст и не позволит это сделать Быстрицкому, а вот вы чужой человек отцу Валерии. Как жена Даниила вы сможете распоряжаться акциями, продать их мне, или вам придется уйти в сторону, уехать из города.
Глава 48
— Вы можете его заставить, — улыбаюсь в ответ на предложение Хабарина.
— Могу, — кивает Иван Николаевич. — Но, согласитесь, обойтись малой кровью лучше, чем ходить по минному полю. Быстрицкий трус, его нельзя заставлять, он будет метаться от одного якобы защитника к другому или вообще сбежит из страны.
