В отдаленном лесу, где воздух пропитан мхом и свежей землей, Тихоня пытался скрыть следы своего недавнего посещения. Декабрь выдался необычно теплым для этого региона, заставляя почки на деревьях начать набухать раньше времени. Но даже солнечный свет в этот день не мог убаюкать Тихоне: что-то в его груди булькал так отчаянно и безуспешно, что он едва не забыл о своих планах сообщить Центру о непредвиденных обстоятельствах....
Проникнуть на территорию аэродрома оказалось несложно, благо еще днем Семен, проезжая мимо, разведал несколько подходов. Аэродром был небольшим. Вспомогательным. Несколько ангаров, один вход. К работе пригодна только одна взлетно-посадочная полоса. Но самое главное – он был рабочим. И его можно было использовать, правда, лучше все-таки для небольших самолетов, учитывая короткую полосу.
Семен был одет в рабочий комбинезон, и когда он по-деловому пересек полосу и дошел до ангара, там как раз заправляли один из легких АН.
Еще два, полностью заправленные, стояли на полосах, готовые к взлету.
– А что у нас тут сегодня за движение-то? Меня вызвали с другого объекта, обещали на месте сказать, но ничего так и не сказали, – прикинувшись простачком, обратился Семен к рабочему, одетому примерно так же, как он.
Обернувшись, тот рассказал, что сам не в курсе. Но есть приказ заправить все имеющиеся самолеты по максимуму, приготовить их к взлету. Вроде как распоряжение от СМЕРШ, но никто точно не знает. Сами смершевцы еще не прибыли.
– А почему охраны нет?
– Так ее всю сняли и отправили в порт. Ты же слышал про СМЕРШ. У них везде режим строгой секретности.
– Ну да. Слыхал что-то про это.
– Прибыл полковник, показал корочки. Сказал, что дело важное. Так что готовность номер один.
– А ты случайно фамилию этого смершевца не запомнил? – спросил Семен.
– То ли Тихонов, то ли Тихонин, он как-то тихо произнес, а тут у нас всегда шумно.
Семен кивнул.
Очень не хотелось верить, что это Тихоня. Но, скорее всего, у него просто забрали документы и под его именем работал или Плюснин, или кто-то из его команды.
В Девау остались буквально трое рабочих. Двое стояли курили у входной группы.
Нужно действовать быстро. Семен повредил винт и шасси у всех трех бортов, без них самолет не сможет взлететь. Благо у АНа он знал одну хитрую конструкторскую особенность. Узнал случайно, на допросе одного диверсанта. Что достаточно просто хитро так сбить одну гайку, и все – стоит самолет без одного колеса.
После этого полковник наконец-то пошел ва-банк. Устал он уже от этой игры в кошки-мышки. Поэтому просто взял тележку, на которой стояли бочки с керосином, вывез их на взлетно-посадочную полосу. Перед этим аккуратно вырубил троих свидетелей. Если он проиграет, то есть шанс, что диверсант их не убьет. Вроде бы как даже на руку – лежали в отключке, ничего не видели.
Семен поджег одну из бочек.
