В отдаленном лесу, где воздух пропитан мхом и свежей землей, Тихоня пытался скрыть следы своего недавнего посещения. Декабрь выдался необычно теплым для этого региона, заставляя почки на деревьях начать набухать раньше времени. Но даже солнечный свет в этот день не мог убаюкать Тихоне: что-то в его груди булькал так отчаянно и безуспешно, что он едва не забыл о своих планах сообщить Центру о непредвиденных обстоятельствах....
Горела она красиво. Керосин горит, не взрывается. Другие виды топлива, если они в бочке, то могут рвануть. А керосин, если бочка хотя бы минут пять постояла открытая, то просто будет пылать как очень высокий красивый факел."
"При этом он намеренно не прятался, передвигаясь так, чтоб его было видно. Затем он спокойно ушел. Какая незадача. Кто-то сломал все самолеты, и топлива больше нет. Да и поднялся такой шум, гам. С другого конца города было видно, как красиво горел керосин.
В расследовании инцидента в Девау на следующий день Семен, как сотрудник комендатуры и смершевец, принимал самое живое участие.
Днем приехал Плюснин. Его вызывали как инженера. Военных в городе много, но инженеров мало. Особенно таких грамотных. Не зря же он уже вторую неделю читает лекции и участвует во всех комиссиях, в которых нужны технические специалисты.
В городе Ян Плюснин стал очень известным. Работал он хрестоматийно, привлекая как можно больше внимания. Его портреты постоянно печатали, как выяснил потом Семен. Газеты вообще были первыми, что запустили в городе. Печатная продукция важна.
Вперед Семена вела интуиция, та самая, что много раз спасала ему жизнь на поле боя. И вела вперед. Значит, и сейчас не подведет.
Совещание, которое инициировал Смирнов, устроили все в том же здании банка. Оно было удивительно удобно расположено, не повреждено, внутри было много удобных помещений и почти ничего не разрушено. Можно спокойно собираться без боязни того, что тебе на голову упадет часть перекрытия или стены.
