В отдаленном лесу, где воздух пропитан мхом и свежей землей, Тихоня пытался скрыть следы своего недавнего посещения. Декабрь выдался необычно теплым для этого региона, заставляя почки на деревьях начать набухать раньше времени. Но даже солнечный свет в этот день не мог убаюкать Тихоне: что-то в его груди булькал так отчаянно и безуспешно, что он едва не забыл о своих планах сообщить Центру о непредвиденных обстоятельствах....
Все они тут сидят и ждут, что Советы проиграют, не справятся с новой территорией, и Кенигсберг снова вернется… Но только некуда ему больше возвращаться. Нет больше такой страны, как Восточная Пруссия. И Третьего рейха тоже нет.
Семен улыбнулся холодной улыбкой:
– Я понял вас. Еще где-то на заводе хранится оружие или боеприпасы?
Бернс кивнул:
– На нижнем складе. У самого спуска к воде.
– Склад опечатан?"
"– Нет. О нем никто не знает.
Семен приподнял брови. Склад с боеприпасами, о котором никто не знает? То есть они буквально сейчас, если он правильно понял, стоят на пороховом складе?
– Меня никто о нем не спрашивал, а те, кто знал о нем… Их больше нет.
– Тогда пошли. Прогуляемся. Ключи, я так понимаю, у вас есть.
Бернс снова кивнул:
– Я был главным помощником директора завода. И главным инженером. Меня никто не спрашивал о том, как тут все было раньше, но «Шихау» – моя жизнь. У меня нет семьи, нет друзей. Только корабли. И только тут я чувствую себя живым.
– Я уже понял, что вы решили все самое интересное придержать при себе, раз вас «никто не спрашивал».
Бернс кивнул.
Они вернулись в тот склад, где Семен провел несколько дней рядом с «Кронпринцем», оказались перед незаметным люком. Пролезть туда можно было, только очень сильно сжавшись. И то погибший Кардиган бы не пролез. А Семен смог. Он пошел первым, по правилам безопасности, чтобы немец не смог привести в действие какой-нибудь механизм подрыва.
Склад был больше похож на тоннель. Обычный технический тоннель, который был еще и очень узким. И весь, насколько хватило взгляда, был заставлен коробками. Семен заглянул в один из ящиков.
– Плохая новость для тебя и, пожалуй что, для меня.
Ящики были пустыми.
Глава седьмая
– Это очень странно, – наконец-то заговорил Бернс, когда они осмотрели все ящики.
– Правда? – иронично поинтересовался Семен.
– Да, – не понял иронии и кивнул немец. – Как он смог вынести все это незаметно?
Семен быстро восстановил в памяти все чертежи и записки, что он переводил, и вспомнил, что среди планов и схем была одна, которую Ян сразу смахнул на пол со словами «это нам не нужно, не будем тратить время». Но потом смершевец уже ее не видел. Просто отметил машинально и подумал, что инженер, наверное, убрал куда-то лишний чертеж.
