Автор
Вареньем варю я вместе с Максом — парень из Дубая, которого мама выдала замуж за моего друга. Он рутиной дня, но каждый его смартфоновый пароль вызывает у меня дрожь. Как он может быть таким скучным? Читая их переписку, я узнаю о девушке, которая меняется моей жизни кардинально......
Касаюсь шелковистой, покрытой блестящей смазкой головки, обхватываю толстый, напряженной член и слегка его сжимаю. Чувств так много, что впору задохнуться. Мне все внем нравится. Все, мамочки. Запах, голос, вкус губ."
"Нравится, как он дико смотрит на меня, когда я сжимаю в ладони его мошонку, повторяю пальцами узор вздувшихся, синеватых вен и судорожно облизываю губы.
Мне нравится ему нравиться.
— 0х, черт. Боюсь, такими темпами, тебе ничего не достанется. д я не хочу этого.
— А чего ты хочешь?
— Трахнуть тебя так, чтобы ты забыла имя своего бывшего.
Низ живота наливается тяжестью, между ног пульсирует... Кажется, еще секунда – и я упаду.. Гера выкручивает мои соски, слегка их потягивает. Мне остается только бессвязно бормотать, умоляя о ласке. Он целует меня в губы — коротко, нетерпеливо, но жадно.
Упускаю момент, когда мы оказываемся в кровати. Все будто в тумане. Герман поднимает мою ногу и забрасывает себе на плечо. Вау. Не знала, что и так могу.
— Моя.. Моя девочка.
— Боже.. Пожалуйста.
Он входит в меня на всю длину. Заполняет, растягивает под себя... И как я не заметила в первый раз, какой он огромный?
Меня затапливает восторг.. Таращусь на его темное от страсти лицо, сомкнутые губы и двигаюсь навстречу.
Герман берет меня. Наращивает темп, часто и поверхностно дышит. Трахает так, что у меня перед глазами расползаются круги. 0бо всем на свете забываю. Плевать на Макса и его капустницу.
Зачем они мне, когда есть он? Внимательный, классный мужик, решивший, что я должна быть его.
Глажу его мокрую от пота спину и зажмуриваюсь, чувствуя приближение оргазма. Дугой выгибаюсь, отдаваясь ощущениям с головой.
Раскрываю губы и вязну в наслаждении... Оргазм бьет как металлическая плеть. Голос садится от стонов... Герман трахает меня размашисто и резко, а потом замирает, изливаясь глубоко во мне.
— Ягодка, прости, я без защиты, - заполошно произносит он. - Это ничего или…
— Или, Каверин. Я не предохраняюсь.
26.
Максим.
Алина остервенело пихает одноразовые тарелки в пакет. В углу высится безобразная гора мусора.
Дом похож на свинарник. А я даже замечание сделать не могу..
— Котик, если тебя что-то не устраивает, ты всегда можешь вернуть свою кухарку. Может, предложишь ей подработку? Какая у нее зарплата? Она бы здесь убиралась и готовила нам еду.
Как можно было оставить телефон на столе, а? — рычит она, что есть силы запихивая в пакет грязные, пластиковые стаканы от айс-латте.
