В сорок пять лет Надежда потеряла всё: муж ушел к молодой, работы нет, а неожиданная беременность перевернула жизнь с ног на голову. Без крова и надежды, она вынуждена начать жизнь заново, преодолевая боль предательства и отчаяние. Сможет ли она найти в себе силы для счастья?
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Ягодка опять (СИ)»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
В сорок пять лет Надежда потеряла всё: муж ушел к молодой, работы нет, а неожиданная беременность перевернула жизнь с ног на голову. Без крова и надежды, она вынуждена начать жизнь заново, преодолевая боль предательства и отчаяние. Сможет ли она найти в себе силы для счастья?
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В сорок пять лет Надежда потеряла всё: муж ушел к молодой, работы нет, а неожиданная беременность перевернула жизнь с ног на голову. Без крова и надежды, она вынуждена начать жизнь заново, преодолевая боль предательства и отчаяние. Сможет ли она найти в себе силы для счастья?
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Ягодка опять (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Я правда ничего этого не знал.
— Был занят государственными делами?
— Болел я.
— Ух ты! Цари что — тоже болеют? Как простые смертные?
— Надь!
Замолкаю и утыкаюсь взглядом в Даньку. На замершего рядом Сашу смотреть просто не могу. Так хочется ему в морду дать, что даже ладони чешутся. Сначала кулаком по физиономии, чтобы на пол грохнулся, а после хорошенько по ребрам попинать. Сука. Как же я его сейчас ненавижу. Болел он! Как же… Тут притормаживаю. Болел? А ведь правда выглядит как оживший труп…
— Что с тобой приключилось-то? — все-таки любопытство мой главный порок. Непобедимый. Ну вот куда опять несет? Надо мне это знать, что ли?
— Еще одно покушение.
Вскидываю голову. Странно, никто из пишущей и снимающей братии ни о чем подобном не говорил…
— Опять стреляли?
— Нет, отравление. Какой-то дряни мне подсыпали во что-то.
Накатывает жалость. Но сразу остановиться и перестать ерничать не могу. Уж очень сильно он меня обидел.
— Пора стены в кабинете и в спальне на наличие полония проверять.
Усмехается в ответ совсем не весело. Скорее мрачно.
— Проверили. Пока чисто.
Черт. А он ведь все это серьезно.
— Кому ж ты так крепко дорогу перешел? Дима твой много мне чего порассказал, но на тебя покушался ведь не он…
— Не он. Проверили. И моих… Тех женщин, похоже, не он. Слишком много несостыковок…
Все-то они проверили! Вздыхаю и опять утыкаюсь взглядом в личико сына. Аккуратно перекладываю его к другой груди. И ему еды побольше и мне облегчение.
— Ты мне лучше скажи: зачем сюда-то приволокся? Уверен же теперь, что я врала, и ребенок не твой. Экспертиза, как никак!
Молчит. А меня внезапно осеняет.
— Ты что же это — жалеешь, что не твой? Хотел бы, чтобы было иначе?
Смущенно отводит взгляд и кивает.
— Тогда просто срежь с себя клок волос и дай мне. Или на ватку какую-нибудь плюнь.
— Зачем?"
"— Затем, что экспертиза твоя — гроша ломаного не стоит. Затем, что не спала я ни с кем, кроме тебя, чтоб тебе пусто было! Затем, что кто-то из твоих людей тебя за нос водит, а меня ради этого по самые уши в дерьме искупал. И очень хотелось бы понять, с какой целью все это делается. Вон — видишь там у зеркала на столике ножницы лежат. Бери и срежь.
— Надь…
— Что, с моего ребенка резать волосы можно, а с тебя нет?
— На кого я после этого похож буду? А мне завтра в Лондон…
— «Лондоны-Парижы смазали лыжи, нам остались женихи пожиже».
— Надь…
— Что Надь? Что опять — Надь? Не хочешь повторной экспертизы так и скажи.
— Хочу. То есть, я не против, но…
Вздыхает, ухватывает себя за волосы вроде того, как это делал Леонов в «Джентльменах удачи». Только если тот, дергая, с себя парик приклеенный сдирал, то этот протягивает мне кулак, из которого во все стороны торчат его собственные волосы. Круто.
