О чём книга «Яма (СИ)»
Скромная девочка и дерзкий парень разделили год близости, но одно роковое решение превратило их привязанность в непреодолимую пропасть. История о том, как любовь и предательство переплетаются на грани возможного.

Автор
Скромная девочка и дерзкий парень разделили год близости, но одно роковое решение превратило их привязанность в непреодолимую пропасть. История о том, как любовь и предательство переплетаются на грани возможного.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Яма (СИ)» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Скромная девочка и дерзкий парень разделили год близости, но одно роковое решение превратило их привязанность в непреодолимую пропасть. История о том, как любовь и предательство переплетаются на грани возможного.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Скромная девочка и дерзкий парень разделили год близости, но одно роковое решение превратило их привязанность в непреодолимую пропасть. История о том, как любовь и предательство переплетаются на грани возможного.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Нависая над Никой, Градский отстраненно следил за тем, как от частого и свирепого дыхания раздуваются крылья ее носа. Пока она не попыталась его укусить за ладонь.
— Мать твою, Ника… — отдернул руку.
Приготовился к потоку яростной брани, но ее рот лишь несколько раз приоткрылся и закрылся. Взгляд сместился вверх, к потолку. Ресницы запорхали от частого быстрого смаргивания.
[1] ""Бодрячком"", Сява. Уличный гоп-стайл.
21.3
Потянувшись к стене, Градский слабо ударил по ряду выключателей. Гостиная погрузилась в кромешный мрак ненадолго. Глаза плавно привыкли к темноте, которая не могла быть изолирующей из-за краснеющего за большими окнами предрассветного неба.
Выравнивая дыхание, Ника наблюдала за тем, как Сергей прикрыл глаза. Глубоко вдохнул и немного сдавленно выдохнул. А потом, в очередной раз за эту проклятую ночь, в один миг довел ее до пика, накрывая чувствительную грудь своим торсом и толкаясь в ее открытые бедра своей твердой эрекцией.
Сосредоточившись на самоконтроле, Ника напряглась всем телом, чтобы не выгнуться ему навстречу и не застонать.
— Мне вот за тебя памятник поставить полагается.
— Да, конечно, на Приморском бульваре. Дюка[1] снесут, и тебя поставят, нетленного, обнаженного, во весь рост. В полной боевой готовности, с указателем на мою чертову общагу.
— Молчи уже, Кузя, — тяжело выдохнул, снова толкаясь и скользя членом по ее истерзанной желанием плоти. — Когда научишься? — скольжение. — Молчи, женщина, — скольжение.
Горячий приток удовольствия заставил ее задохнуться и все-таки застонать, выгибаясь ему навстречу.
Но стоило Градскому наклониться к ее лицу, Доминика, потворствуя уязвленному самолюбию, отвернулась. Тогда он поймал ее подбородок пальцами. Сжал, оттягивая и раскрывая губы для поцелуя. Располагая свой рот крест-накрест с ее ртом, припал с сумасшедшим голодом.
И в следующее мгновение Ника сдалась его напору.
Не прекращая целовать, он просунул между их телами ладонь, прижал к ноющей от возбуждения сердцевине. Прошелся пальцами к лону, собирая обилие влаги. Направился обратно к чувствительной горошинке клитора. Потер ее сначала ласково и нежно, но вскоре усилил нажим и скорость."
"Внизу живота Ники натянулась уже знакомая ей сладкая нить томления. Всхлипывая и постанывая Сергею прямо в рот, она, с совершенно особенной мольбой во всем своем естестве, поддавалась ритмичным поглаживаниям его пальцев. Хлюпающие звуки и их обоюдное шумное потяжелевшее дыхание добавляли остроты тактильным ощущениям. А услышав отрывистые и хриплые, по- мужски сексуальные стоны Градского, Доминика и вовсе потеряла всякую связь с реальностью.
Оргазм разорвал ее на части, набегая по нарастающей безумными яркими волнами.