Автор
Внутренний мир главной героини напряженно рвется наружу. Сердце Кузнецовой переворачивается в груди при виде старшей по классу матери, что делает ее чувствовать себя неловко и брошенной. Прерывистое мямление мамы в оправдание не помогает скрыть обиду от сына, а тот стесняется выразить свои чувства резкими словами. В ушах девушки звучит только тихий голос разума, призывая ее оставаться спокойной и не сбрасывать маски в присутствии родителей....
Ни утка ваша мне не лезет, ни вы, Титовы, — для извинений слишком резко и грубо прозвучал Градский. Поднимаясь, посмотрел на Нику в упор. — Едем домой, Республика.
С ее лица враз все краски сошли.
— Сережа, ну ты что? Нельзя так.
— С Ситовыми можно.
Хозяева рассмеялись, подтверждая его теорию.
— Нет. Я еще не готова, — вцепилась в подлокотники, словно боялась, что Сергей ее силой потащит. — Я вина хочу. И вообще… — подняв бокал, отпила больше половины содержимого.
— Присядь, господин турбодвигатель. Дай девушке настроиться.
Градский вернулся на место. Неловкость постепенно сгладилась. Титовы всячески этому содействовали, подливая Нике вино и предлагая то одно, то второе блюдо, задавая вопросы и разбавляя возникающие периодически паузы смехом.
— А вы в курсе, как похожи? — спросила Ева, поочередно указывая на мужчин. — У вас даже выражения схожие имеются. И вот это яростное движение ноздрями, — попыталась продемонстрировать, но быстро сдалась.
Тогда ее потуги повторила Доминика.
— Вот-вот! Да! Что-то такое.
Градский лишь пожал плечами.
— Допускаю такую возможность. Со стороны наверняка виднее.
— Виднее, виднее, — закивала хозяйка. — А знаешь, Доминика, как мы с Адамом познакомились? Почему я его вообще из толпы выделила?
— Что? На минуточку, чтобы внести ясность, ты втрескалась в меня с первого взгляда, дорогая.
Титова закатила глаза."
"— Как я могла втрескаться в тебя, дорогой? Тогда я еще дружила с головой. А ты вел себя, как дикарь. Нагрубил мне. Оскорбил. Угрожал. И ты исковеркал моя имя!
— Ну, я ж говорю, втрескалась, — Адам улыбнулся так по-мальчишески искренне, что Ника сама на мгновение подвисла, проникаясь его настроением.
И рассмеялась, поворачиваясь к Градскому. В груди тотчас сделалось тепло и щекотно.
— Лучше пусть наши гости расскажут, каким было их знакомство. Доминика?
— Я? — растерялась девушка. — Я уже и не вспомню, — соврала, конечно.
И снова над столом воздух взорвал шквал громкого хохота.
— А ты, Град, что скажешь? — отсмеявшись, Адам с насмешкой посмотрел на друга.
— В нашем случае угрожала и оскорбляла Доминика. И исковеркала мое имя тоже.
— Что? — краснея, возмутилась Ника. — Все было совсем не так. Ну… не совсем так.
Титовы засмеялись, а Градский застыл, внимательно ловя каждое ее слово.
— Сергей мне с первого взгляда понравился, — призналась она, не глядя в его сторону. — Но его поведение… Как бы правильнее выразиться? Я увидела, как он разговаривает и общается с другими людьми. Это было ужасно.
