Автор
Внутренний мир главной героини напряженно рвется наружу. Сердце Кузнецовой переворачивается в груди при виде старшей по классу матери, что делает ее чувствовать себя неловко и брошенной. Прерывистое мямление мамы в оправдание не помогает скрыть обиду от сына, а тот стесняется выразить свои чувства резкими словами. В ушах девушки звучит только тихий голос разума, призывая ее оставаться спокойной и не сбрасывать маски в присутствии родителей....
Не более.
А сейчас…
Хотел, чтобы у них все получилось.
— По большому, это как? Сразу на двойню стрелять? — посчитал нужным уточнить, будто весь этот разговор имел хоть какое-то научное обоснование и адекватность.
— Не знаю… Может, — тихо, но серьезно отозвалась девушка. — А можно просто на сына. Я готова. Хочу от тебя сына, Серёжа.
— Я, конечно, не сомневался.
Убирая волосы от ее лица, заправил пряди за уши. Оглядел внимательно, любовно и ласково.
Сдерживая улыбку, Доминика хмыкнула и слегка вздернула подбородок, как делала всегда, прежде чем бросить ему очередной вызов.
— Можно замуж по большой любви выходить, а я выйду по большому залету.
— Гордец, как мило. Просто расп*здос, — проговорил он медленно.
И вновь сдавил ее сильнее, чем хотел. С таким успехом наставит ей до утра синяков, но, черт возьми, ничего не мог с собой поделать.
— Мне нравится, Кузя. Вывезем.
Наклонившись, прижался к ее шее ртом. Скользнул языком. Жестковато всосал кожу.
— Сына, да? Или все же дочку? — обнимая его, продолжала рассуждать.
Как будто он способен фильтровать, кого в нее вливать… Нет, ради Плюшки, конечно, способен.
— Сына давай, — шепнул Градский между поцелуями. — Через пару лет дочку.
— Ой, Божечки, Градский! А у меня же аспирантура и диссертация, — искренне забавляясь над своей забывчивостью и оторванностью от реальности, рассмеялась Ника.
— Правда, что ли? — с нехилой иронией подхватил ее веселье. — Забудь пока. Я уже сына хочу.
— Ну, не знаю… Не знаю…
— Что ты не знаешь? В спальню идем, Республика.
— Давай прямо здесь…"
"Огладив через хлопок рубашки его каменный живот, скользнула ладонью вниз, к рвущему плотную брючную ткань члену.
Громко выдохнув, подняла на Града глаза, полные милого и забавного изумления.
— У тебя ого-го эрекция!
— Тоже мне новость, — вяло отмахнулся, неотрывно следя за сменой эмоций на ее лице.
— Ах, Серёжа… — прижалась губами к его щеке. — Что же ты медлишь? Давай уже мириться.
Он хрипло хохотнул, отводя ее руки в стороны и сплетаясь с ней пальцами.
— Я подумал, надо нам еще маршрут на балкон проложить. Я покурю, ты проветришься. А потом в душ. Прохладный, — вдыхая, жестко двинул ноздрями. — А то до спальни не дойдем.
— Брр… Я прохладный душ не люблю. Наоборот, погорячее давай. Вдвоем.
— Сначала балкон, — решительно потянул за руку.
33.3
A устроив ее у перил перед собой, забыл закурить. Прижимаясь к изящной спине, вдохнул ее запах, который на свежем воздухе ощущался еще вкуснее и острее.
