Автор
Внутренний мир главной героини напряженно рвется наружу. Сердце Кузнецовой переворачивается в груди при виде старшей по классу матери, что делает ее чувствовать себя неловко и брошенной. Прерывистое мямление мамы в оправдание не помогает скрыть обиду от сына, а тот стесняется выразить свои чувства резкими словами. В ушах девушки звучит только тихий голос разума, призывая ее оставаться спокойной и не сбрасывать маски в присутствии родителей....
Серега охр*нел еще в процессе, но в конце она его морально буквально добила, озвучив чертову просьбу: назначить им двоим одинаковое наказание.
Он ей утром в холле сказал ""Привет"" и намеревался после собрания бросить ""Пока"". Ну, на крайняк, еще, возможно, что-то типа ""Пересечемся"". На этом — пока все. После вчерашнего еще не отошел. Хотел просто остыть, постепенно к ней привыкнуть. Иначе, было ощущение — взлетит, как ракета.
Хоть и злился, поедал ее глазами.
Плюшка — вся такая хорошая девочка. Юбка в складку, свитерок под горло, теплые колготки, хвостик на макушке.
Сладкая хорошая девочка.
А он — полная ей противоположность.
Мысли — грязные, желания — непристойные, взгляд — наглый. В остальном, конечно, сохранял невозмутимый вид. И это он сегодня еще выглядел по-божески, как выразилась мать. Грудь и плечи сковала белая рубашка. Бедра и ноги — темные брюки с идеальными стрелками. Только на макушке неуместный, как и его мысли, аксессуар — бейсболка козырьком назад. Натянул машинально, без этого из дома бы не вышел.
Когда услышал наказание, которое им с Кузей на двоих вменили, понял, что стоило напиться в хлам. Официально, под личную расписку: оказывать любую требуемую помощь в Спасо-Преображенском соборе, с 16:00 до 18:00 по четвергам до конца учебного года.
Без пособничества отца, черт подери, не обошлось! Это же он всячески стремился, чтобы сын церковь посещал.
""Приплыли, короче…""
Подозрения возникли еще на собрании, а в первый же ""святой четверг"" Серега убедился: ни о какой практической помощи речи не шло. В небольшом домике за церковью отец Святослав усадил их с Никой за стол и растянутым монотонным тоном начал впаривать им религиозные догмы. По ходу задавать вопросы и критиковать все, что он, Сергей, скажет.
Гнев — порок. Прелюбодеяние — порок. Возлияние — порок. Злословие — порок. Гордыня — порок.
Принял решение не высказывать никаких мыслей, даже если чертов иудей снова насядет на него с вопросами. Зато Ника с азартом входила в обсуждения и дискуссии со священником, чем, порой, крайне бесила Сергея. В груди все зудело, а язык жгли слова — так и подмывало ей возразить или просто заткнуть."
"— Я много читала о религии. Но для меня некоторые вещи остаются неоднозначными, хотя я из верующей семьи и сама верую.
