Повествование о жизни и быте сибирских ямщиков — людей, посвятивших себя перевозке грузов и пассажиров по бескрайним просторам. История их труда, испытаний, взаимоотношений и судеб на фоне освоения великой земли русскими переселенцами.
Раздел Chitat.online для книги «Ямщина» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Повествование о жизни и быте сибирских ямщиков — людей, посвятивших себя перевозке грузов и пассажиров по бескрайним просторам. История их труда, испытаний, взаимоотношений и судеб на фоне освоения великой земли русскими переселенцами.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Повествование о жизни и быте сибирских ямщиков — людей, посвятивших себя перевозке грузов и пассажиров по бескрайним просторам. История их труда, испытаний, взаимоотношений и судеб на фоне освоения великой земли русскими переселенцами.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Ну, господа учены люди, не обхезались? — смеялся Гриня, отплевываясь розоватой слюной, — теперя, как договорено, сушиться-кормиться…
Гуттенлохтер подошел к Грине и долго тряс его ручищу, приговаривал:
— Грандиозный переправа… грандиозный…
Тут же, на берегу, наняли подводу, сгрузили пожитки, и скоро все сидели в постоялом дворе за одним общим столом. Гуттенлохтер, кроме двух ведер вина, щедро одарил Гриню-горбатого деньгами и, уже засыпая, все бормотал:
— Грандиозный переправа… грандиозный… викинги…
За ночь ветер не стих, река бушевала по-прежнему, и Гриня вместе со своими подручными принялся за второе ведро вина, вчера недопитое, а господа ученые люди погрузились на подводы и направились дальше.
— Будет дорога, заворачивайте, — принявший с утра винца на старые дрожжи, Гриня был весел и разговорчив, — у меня для хороших людей двери завсегда открытые…
— Обратно ехать — обязательно заезжать, — отвечал Гуттенлохтер и на прощание помахал рукой.
Но свидеться еще раз с Гриней-горбатым довелось только одному Чебуле. Впрочем, до этой встречи немало воды в Оби утечет.
А пока тянулся под колесами бесконечный тракт, разъезженный и расхлюстанный, как старая мокрая тряпка. Летела грязь, холки и хвосты у лошадей были сплошь в засохших хохоряшках, висела ругань, крики, свист, хлопанье бичей, и время от времени все это покрывалось тягучим треском — еще одна ось не сдюжила и крякнулась.
Миновали Болотное, добрались до Мариинска. Выгадав удобный момент, Чебула наведался по адресу, который сообщил ему Цапельман и предупредил, чтобы его ждали в сентябре — именно к этому времени Гуттенлохтер планировал завершить экспедицию.
Завершилась же она для Гуттенлохтера намного раньше, в начале августа.
Одолев почти две сотни верст по непроходимой тайге, по бурелому, сплавившись по горной речушке, донельзя измотанные трудными переходами, гнусом, они наконец-то разбили лагерь у подножия высокой горы, опушенной почти до самой макушки корявыми лиственницами и худосочными березками.
Чебула набрал на берегу речушки камней, соорудил из них подобие каменки и развел костер. Когда камни накалились до нестерпимого жара, он забил вокруг колья, натянул на них суровую ткань палатки, и получилась баня. До самой темноты парились в ней, соскребая с себя таежную грязь. После бани, при свете костра, Гуттенлохтер долго что-то записывал в толстую тетрадь с клеенчатыми корочками, с которой никогда не расставался, и, закончив писать, торжественно объявил:
— Мы имеем быть накануне открытия.
