Автор
В памяти главной героини хранится только одно имя - Ян. Она пожалела, что до сих пор помнит его имя, и не может забыть, когда оно стало общим для двоих. Пролог открывает мир героини: она приехала посмотреть на себя через другого человека — но чем больше рассказывает Шахову о себе, тем слабее становится. В этой истории любовь переплетается с нежданными переменами и глубоким чувством собственной неясности в жизни....
– Да, у Егора сегодня встреча одноклассников, поэтому нужно успеть привести себя в божеский вид!"
"– Ты и так красотка, – игриво толкаю Зайцеву вбок. Маша кивает, не скрывая робкой улыбки, но всё же, вижу, волнуется не на шутку.
– Мишин среди таких мажоров учился, что там, как ни старайся, всё равно буду белой вороной!
– Ты это брось! Даже не думай! – внутри моментально всё вспыхивает огнём негодования. Дурацкие социальные различия! Как вообще можно судить о человеке по отсутствию у того брендованных шмоток, тогда как сам на ни копейки не заработал.
– Это да, – выдыхает Зайцева, немного приободрившись, а потом тут же оживляется: – Кстати! Я тебе не говорила, что Егор с Бельской в одном классе учился? Они даже сидели вместе за одной партой!
– Ого!
– Ага, Янка! И одно время Диана бегала за Егором, представляешь? Их даже дразнили в школе Мишка и Белочка! Так что поводов не любить Бельскую, да и не идти на встречу эту, у меня тоже вагон и маленькая тележка!
– Не думай об этом, Маш! – обнимаю девчонку за плечи, пока наша очередь за верхней одеждой медленно продвигается вдоль серых стен коридора.
Зайцева хихикает в ответ, а мне между делом снова что-то ударяет в спину. На сей раз чуть сильнее обычного.
– Осторожнее! – шиплю от боли и резко оборачиваюсь, чтобы поставить на место невежду. – Зюзев?
Рыжая каланча с потерянным видом стоит ко мне почти вплотную и недовольно сверкает глазками.
– Разговор есть, – произносит глухо парень и бесцеремонно хватает меня за плечо.
– Митя, ты обнаглел? – начинаю ругаться, но вижу – зря! Полностью погруженный в свои мысли Зюзев совершенно не реагирует на мои брыкания и выпады.
– Две минуты, – просит Митя, и я, проклиная в мыслях свою мягкотелость, соглашаюсь.
– Что ты хотел, Зюзев? – пищу, едва поспевая за широченными шагами парня.
Митя молчаливо отходит в дальний угол, утягивая меня за собой, а затем ещё какое-то время собирается с мыслями, прежде чем начать разговор.
– Я бы ни за что к тебе не обратился, Талеева! – начинает рыжик, бегая взглядом мимо меня. – Просто был уверен, что есть ещё немного времени, но ошибся!
– Блин, Митя! – наблюдаю, как Машка получает одежду, и сильнее сжимаю в ладони свой номерок. – Давай живее!
– Вот! – из сумки, что висит на плече парня, Зюзев достаёт уже знакомую мне чёрную папку.
