Автор
В памяти главной героини хранится только одно имя - Ян. Она пожалела, что до сих пор помнит его имя, и не может забыть, когда оно стало общим для двоих. Пролог открывает мир героини: она приехала посмотреть на себя через другого человека — но чем больше рассказывает Шахову о себе, тем слабее становится. В этой истории любовь переплетается с нежданными переменами и глубоким чувством собственной неясности в жизни....
– Не отвечает! – тревожно вздыхаю и возвращаю мобильный Филу. – Давай, я со своего попробую. Наверно, твой номер Машке просто незнаком.
Бегу к рюкзаку, но, как назло, экран моего гаджета гаснет, не успев загореться. Дурацкая батарея!
– Ну-ну, – с хрипотцой цедит Сашка. – Телефон она мой не знает?! Не смеши!
Филатов утыкается носом в мобильный, старательно скрывая от меня улыбку, и выискивает очередной номер в списке контактов.
– Корона не давит? – заступаюсь за подругу. – Откуда Зайцевой знать? Да и зачем? Вы толком даже незнакомы.
"– Ага! – язвительный смешок вырывается на свободу. – Плохо ты свою подружку знаешь, Даяна! Это сейчас твоя Зайцева почти Мишина, а ещё год назад… впрочем, неважно! Захочет, сама расскажет!
Тут же в памяти всплывают фрагменты Машкиных воздыханий в адрес Фила, но завалить друга вопросами не успеваю. Отыскав нужный номер, Саша прикладывает трубку к уху.
– Здорово, Егорка! – задорно голосит он на всю комнату. – Узнал? Ну а как же!
Филатов широко улыбается и начинает расхаживать из угла в угол.
– Твоими молитвами, Мишин! Уверен, тебе есть что мне поведать?
Парень перехватывает мобильный из одной руки в другую, а я медленно сгораю от любопытства, довольствуясь лишь невнятным дребезжанием голоса Егора и обрывками фраз, долетающими до моего слуха.
– Допустим! – продолжает Филатов. – Но Шах бы это куда оперативнее донёс до Бельского, разве нет?
И пока Егор на том конце провода старательно что-то объясняет, Фил продолжает ходить кругами.
– Мишин, ты гений! – Саша мотает головой и с размаху плюхается на диван. – Я сейчас включу громкую связь, и всё это ты объяснишь Яне, договорились?
Мобильный летит на журнальный столик, а из динамиков слышится знакомый баритон Егора.
– Янусик, привет!
Ни тени сожаления в голосе, ни малейшего чувства вины за содеянное!
– Егор, как ты мог! – взрываюсь, до боли закусывая костяшку указательного пальца. – Я тебе поверила! Маше поверила!
– Э! Э! – тормозит моё негодование Мишин.
– Тебе вообще какое дело? – внутри всё кипит. – У Яна была реальная возможность отказаться от свадьбы, а ты? Воспользовался моим состоянием! Момент подгадал! Разве это по-человечески?
– Ты сама себе веришь? – вклинивается в мой обвинительный монолог Егор.
