В воспоминаниях прошлых лет Люциан уходит в собственную душу, где он переживает каждый новый сон как Элеонора. На этот раз его сопровождает темный принц — друг и противник Элеоноры. Здесь воздух тяжел и мрачен, а каждое движение завораживает своей загадочностью.
Он не успел еще восстановиться после использования кнута, потому не мог разрубать врагов, как дрова. «Ну и ладно», – смиренно подумал владыка Луны и отразил следующую атаку."
"Схлестнувшись с бларгами, Люциан успешно уворачивался и атаковал в ответ, а также переживал за то, что затратил на сражения слишком много времени. «Остальные уже закончили печати, только я торможу». Он мельком заметил две кровавые линии, протянувшиеся к его недорисованному кругу.
Наполнив клинок духовной силой, Люциан рассек пополам одного из бларгов, но потратил на это секундой дольше, чем требовалось, и был отброшен другой тварью.
Люциан стряхнул кровь с меча, оглянулся и, никого не заметив, сделал шаг в сторону, чтобы вернуться к печати.
Люциан только собрался отскочить в сторону, как серебряная вспышка рассекла воздух. Длинный меч разрубил тело бларга напополам и обратил в пыль.
«Божественное оружие?»
Владыка Луны насторожился.
Он проследил взглядом за своевольным полетом меча, который описал в воздухе дугу, а после опустился в ладонь молодого человека, стоящего на крыше не горящего дома. Белые волосы обрамляли лицо незнакомца и частично прикрывали уши. Он был молод, высок и строен. Полы его черных одежд даже не колыхались на легком ветру, а серые глаза внимательно смотрели на Люциана.
Владыка Луны не мог оторвать взгляд от человека, один в один похожего на принца из его снов.
Глава 5. Подсознание рисовало мне тебя
У него перехватило дыхание.
Люциан не мог поверить в происходящее и всеми силами пытался отрезвить собственный разум. Незнакомец, которого он видел, был копией Кая, даже его одежды…
«Это правда одежды клана Ночи?» Он не знал точно, потому что был рожден тогда, когда клана Ночи уже не существовало. Ему было известно лишь то, что его адепты носили черные одежды с рунным рисунком, но это вовсе не означало, что в нынешнем мире никто не носил подобного.
