В воспоминаниях прошлых лет Люциан уходит в собственную душу, где он переживает каждый новый сон как Элеонора. На этот раз его сопровождает темный принц — друг и противник Элеоноры. Здесь воздух тяжел и мрачен, а каждое движение завораживает своей загадочностью.
Люциан почти не участвовал в разговоре, но чувствовал себя комфортно, наблюдая, как запальчиво Сетх и Эриас обсуждают деревенскую жизнь и пытаются переспорить дядю Варру, Билзи и Флойда."
"Запахи табака, вина и крепкого алкоголя так и норовили затуманить разум, но заклинатели были слишком крепкими, чтобы поддаться. За пару часов они практически не опьянели.
Задержаться в таверне надолго не получилось, потому что во время празднования дня Бога Воды люди после наступления сумерек расходились по домам и отправлялись спать.
Покинув заведение, Люциан, Эриас и Сетх добрались до постоялого двора. Они поприветствовали хозяев и поднялись в комнату, но не обнаружили в ней Абрама.
– У нас же был уговор. – Эриас скрипнул зубами и развернулся к выходу. С Абрама давным-давно взяли обещание, что в местах с большим скоплением народа они ночуют вместе, и поэтому юноши отправились его искать.
Они знали своего блудного друга, и быстро смогли почувствовать его энергетический след, который вел к сеновалу на окраине деревни.
Абрам был хорош собой. Все заклинатели считались красивыми, по сравнению со смертными, но даже среди них были личности, достойные особого внимания, и они заставляли простолюдинов терять голову. Именно по этой причине Абрам легко цеплял девушек, где бы ни находился. Его острые скулы, четко очерченные губы, прямой нос, словно созданный искусным скульптором, длинные ресницы, густые брови – все это казалось воплощением идеального мужского лица.
– Спать! – выкрикнул Эриас, наплевав на приличия.
Девушка, которую обнимал Абрам, взвизгнула и спешно прижала к груди спущенное до пояса платье. Эриас и остальные даже не взглянули на ее прелести; их возмущение было всецело направлено на товарища.
– Да чтоб ты помер! – громко отозвался Абрам, и сено под ним зашуршало.
– Иначе что? – фыркнул Эриас. – Твой дружок лопнул бы от напряжения в штанах?
Сетх гоготнул.
– Эриас, – осадил друга Люциан, его уши не были подготовлены к таким вульгарностям.
Абрам фыркнул, но воздержался от ответа.
