Автор
Любашка летит домой на последней остановке старого автобуса, забывая о тряске и радуясь каждому кочку — это ее веселит. Теперь она фельдшер в родном селе Богородское, где начинала учиться три года назад, вернувшись насовсем после трех лет учебы.
– А вы, Люба, здесь будете работать все время или только до возвращения Кузнецова?
– Да, когда Петр Фокич поправится, а я надеюсь, это будет скоро, то я обратно уеду. Я там работаю, в больнице, а здесь временно.
– Не нравится вам у нас, как я вижу, – улыбнулся Олег. – В Богородском веселее? Тут я с вами вообще-то согласен! У нас ведь здесь только сельский клуб, и тот от раза к разу работает, а в Богородском Дом культуры отстроили, кино по выходным показывают. Я и сам потому туда попросился при распределении: все же и от дома недалеко, но и не такое захолустье.
– Нет, что вы, никакое здесь не захолустье, – Люба удивленно взглянула на Олега. – Здесь очень красиво и спокойно. Люди хорошие, добрые! Просто… там, в Богородском, дом, родные и подруги. А Дом культуры у нас и вправду новый, красивый! Но у меня не так много времени остается после работы, чтобы туда часто ходить.
– Вот я потому и не захотел домой, в калиновский совхоз распределяться, хотя такая возможность была, – сказал Олег.
Люба не стала расспрашивать, почему же не получилось у Олега распределиться по своему желанию, в конце концов, они были почти незнакомы для того, чтобы вести доверительные беседы.
– Ну, вот я и пришла, – она остановилась у невысокого заборчика, окружавшего дом, где сейчас обитала. – А вам еще далековато идти! Спасибо, что проводили, Олег.
– Это вам спасибо, Люба, за приятную беседу.
– Спасибо за приглашение, я бы с удовольствием. – Любе не хотелось обижать парня. – Но я дежурю в субботу, буду допоздна в пункте… простите.
– Ну что ж, жаль. У нас здесь талантов много, есть что посмотреть. – Олег смутился еще больше. – Я вот сам тоже участник… Ну, значит, в другой раз! До свидания, Люба.
Люба попрощалась со своим странным сопровождающим и затворила за собой калитку во двор. Бдительная Найда тут же негромко тявкнула, как бы давая гостье знак, что она все видит и слышит!
– Это я, Найдочка, не ругайся, – сказала Люба и устало присела на свое крылечко.
