Третья книга цикла о Русско-японской войне рассказывает о малоизвестной сухопутной кампании 1904 года. На Мукденской дороге встречаются будущие лидеры Белого движения, молодые офицеры впервые сталкиваются с суровой реальностью войны и осознают приближение великих перемен в истории России.
Раздел Chitat.online для книги «Японская война 1904. Книга третья» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Третья книга цикла о Русско-японской войне рассказывает о малоизвестной сухопутной кампании 1904 года. На Мукденской дороге встречаются будущие лидеры Белого движения, молодые офицеры впервые сталкиваются с суровой реальностью войны и осознают приближение великих перемен в истории России.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Третья книга цикла о Русско-японской войне рассказывает о малоизвестной сухопутной кампании 1904 года. На Мукденской дороге встречаются будущие лидеры Белого движения, молодые офицеры впервые сталкиваются с суровой реальностью войны и осознают приближение великих перемен в истории России.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Японская война 1904. Книга третья» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Теперь это вполне возможно! И если не сделать этот рывок сейчас, потом цена будет только выше.
— Вы сказали про консерваторов, я так понимаю, эту партию представляют люди вроде министра внутренних дел.
— Все верно.
— А что насчет таких, как Витте?
— А эти считают, что мы, наоборот, должны ринуться в новый мир совсем без страховки. Открыть рынки, пустить внутрь России любые капиталы, которые захотят на нас заработать. Французские, английские, американские… Представляете, они ругают старые порядки, крепостное право, а сами фактически готовы отдать свой народ в рабство любому господину с толстым кошельком. Но разве уважающая себя страна согласится пойти по пути Японии: продать свободу и историю за иллюзию силы?
— Прошу прощения, но я не верю в людей, которые не оправдывают себя."
"— О, тут вы правы, они рисуют в будущем вполне благостную картину. Витте и те, кто стоят за ним, верят, что, собрав внутри страны финансовых хищников нового времени, мы получим возможность ставить им условия. Сначала небольшие, не трогая кошельки, просто заставляя вкладываться в производство именно внутри России. Потом, чем глубже увязнет коготок, тем жестче мы сможем себя вести. Россия — фабрика всего мира, такова их мечта.
Я на мгновение прикрыл глаза. А ведь начало 20 века не сильно отличалось от любого другого времени. Есть те, кто хочет сохранить устоявшийся порядок, есть желающие медленных изменений и те, кто готов нестись вперед любой ценой. Знать бы еще тем самым резвым, что есть гораздо более дерзкие, чем они, ребята… Но что делать мне? С одной стороны, умеренное развитие, о котором говорит сам Сергей Александрович, меня вполне устраивает. Меняться и в то же время иметь возможность что-то подправить, если свернешь не туда.
— И что мне нужно будет делать здесь и сейчас? — я понял, что в принципе готов взять протянутый мне конверт.
— Вам нужно проиграть сражение за Ляоян. Главнокомандующий тоже не будет сильно стараться и даже примет на себя позор поражения. Вы же после этого сможете подняться на более заметные роли и, как придет время, наконец-то отбросить азиатских варваров.
— Но зачем снова проигрывать?
— Партия консерваторов пока слишком сильна. Нам нужно показать их слабость, лишить поддержки, и вот тогда, когда победа будет не ради себя самой, а ради страны — тогда вы и сделаете свое дело.
Проклятье! От недавнего интереса и хорошего настроения не осталось и следа.
— Что во втором конверте? — я не хотел, но все-таки задал этот вопрос.
— Приказ лично вам: остановить и отбросить японцев. Не справитесь — придется подать в отставку, хотя лично я слышал, что в былые времена истинно благородные люди после подобных неудач предпочитали стреляться.
