Третья книга цикла о Русско-японской войне рассказывает о малоизвестной сухопутной кампании 1904 года. На Мукденской дороге встречаются будущие лидеры Белого движения, молодые офицеры впервые сталкиваются с суровой реальностью войны и осознают приближение великих перемен в истории России.
Раздел Chitat.online для книги «Японская война 1904. Книга третья» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Третья книга цикла о Русско-японской войне рассказывает о малоизвестной сухопутной кампании 1904 года. На Мукденской дороге встречаются будущие лидеры Белого движения, молодые офицеры впервые сталкиваются с суровой реальностью войны и осознают приближение великих перемен в истории России.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Третья книга цикла о Русско-японской войне рассказывает о малоизвестной сухопутной кампании 1904 года. На Мукденской дороге встречаются будущие лидеры Белого движения, молодые офицеры впервые сталкиваются с суровой реальностью войны и осознают приближение великих перемен в истории России.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Японская война 1904. Книга третья» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Я довернул бинокль влево — там Сяошахэ резко уходила на юг, прикрывая позиции японцев на всю глубину. С одной стороны, очень надежно, так как можно держать линию фронта довольно компактно. С другой, перед нами открывается перспектива дальнего охвата со всеми прилагающимися к этому маневру как плюсами, так и минусами. Сложностью снабжения, возможностью уже нашего окружения и, главное, необходимостью растягивать собственные порядки.
Впрочем, последний минус — это для местных. Я и так не собирался гнать солдат вперед толпами, пробивая вражеские укрепления массой. Нет, мы начнем действовать сложнее, точечно прорывая фронт и для начала просто создавая угрозу охвата… А вот там уже и посмотрим, где японцы подставятся, когда будут вынуждены реагировать.
— Передайте поручику Славскому, чтобы готовился выдвигаться, — отдал я первый приказ.
Глава 23
Слушаю рев моторов «бранобелей» и невольно вспоминаю, на сколько же компромиссов пришлось пойти, чтобы допустить их до этого боя. Для начала ресурс и проходимость… Я ведь, как только их получил, первым делом вспомнил, как подобные машины в новых войнах стали рабочими лошадками для фронта и тыла. Вот только не было у меня для такого достаточно грузовиков, а значит, и не было смысла упираться с их экономностью или облегчением. А где всего четыре «бранобеля» могли выстрелить?"
"Я в итоге нашел единственное решение: машины прорыва, эрзац-бронетранспортеры, чтобы быстро и, главное, с какой-то защитой от обстрела довезти нашу пехоту до вражеских укреплений в том единственном месте, где это сможет решить исход боя. Я когда пришел на вторые тесты подготовленных Славским бронегрузовиков с пулеметами, как-то сразу это понял. Да и поручик на какой-то интуиции тоже работал именно в этом направлении. Самая легкая рама для Максима, никаких излишеств, все свободные силы — на броню.
И вот мы начинаем. Наблюдатели еще с вечера перепроверили и нанесли на карты дороги для прорыва, пластуны утром проползли по ним сколько получилось, проверяя на наличие тайных засад и явных колдобин. Потом ударили пушки, уже приучившие японцев не высовывать голову. Не легкие, которые только и могут, что убить, а тяжелые, от которых сердце уходит в пятки, а тело невольно слабеет.
На Первой Мировой изначально было две тактики. Первая — переть лбом на дзоты и пулеметы, вторая — месяцами их обрабатывать из сотен стволов, прежде чем продвинуться на сотню метров по руинам… Под конец же немцы довели до совершенства еще один способ — короткий вал. Огненная подготовка длилась всего полчаса: чтобы снести явные укрепления, чтобы загнать всех под землю и… чтобы никто не успел привыкнуть.
