Война развернулась между Японией и Россией на критической линии Квантунского полуострова. Четко отмеченные контуры боевых стратегий Ясуката Оку изображают смелость и решимость японской армии в ходе операции Цзиньчжоу, которая ставила под угрозу долгие месяцы блокады. Взаимодействие между морским флотом Японии и сухопутными силами создает напряженную атмосферу ожидания, когда любой шаг может определять исход войны....
Похоже, «Японская война 1904. Книга вторая» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Генерал Куропаткин был очень недоволен, когда я ему докладывал.
Субботин с гораздо большим, чем раньше, интересом посмотрел на обычного поручика, который мог так легко общаться с самим Алексеем Николаевичем. Конечно, Огинские — это Огинские, но именно этот делал очень быструю карьеру.
— Так что это за пехота на лошадях? — уже тише и осторожнее спросил Субботин.
— Конно-пехотная рота, хотя по факту уже и батальон капитана Хорунженкова. Полковник Макаров использует их для быстрого перемещения по фронту.
— А кавалерии ему не хватает?
— Есть слишком много задач, которые может выполнять такая пехота и которые совсем не под силу кавалерии.
— Интересно! — глаза Субботина засверкали.
Тем временем едущие к Куропаткину части 2-го Сибирского начали заворачивать в сторону, а на землю перед главнокомандующим одно за другим полетели захваченные японские знамена.
— В левой руке держали, прямо за лошадью, чтобы мы до последнего не заметили, — выдохнул Субботин.
Поручик Огинский, который до этого пытался держаться холодно и отстраненно, тоже не удержался и подался вперед. Красно-белые знамена полков и даже дивизий падали на землю одно за другим. Шесть… С одной стороны, их оказалось не так и много, с другой, подобный триумф в духе старого Рима был гораздо серьезнее, чем все, что случалось раньше на этой войне. Репортеры, русские и иностранные, довольно щелкали затворами, фиксируя исторический момент.
— Ваше высокопревосходительство, — сквозь повисшую тишину и вспышки фотокамер проехал полковник Макаров и спрыгнул на землю прямо перед Куропаткиным.
А ведь он фактически не оставил тому выбора… Неожиданная мысль показалась поручику Огинскому очень интересной. Главнокомандующий тоже спешился и по-отечески крепко обнял полковника.
— Спасибо, что показали японцам силу русского оружия!
— Служу России, — немного не по уставу ответил Макаров, а потом неожиданно добавил.
Поручик Огинский хорошо знал Куропаткина и сразу понял, насколько тот в бешенстве. Тем не менее, заданный при всех вопрос требовал ответа.
