Японская война. 1904 — читать онлайн бесплатно полностью

Верили в эшелонированную оборону, маневр и продуманность деталей, когда еще до боя нужно решить не только как давить врага в случае победы, но и как отступать в случае поражения. В то же время было в Макарове и что-то от Скобелева. Не детали и расчет, а ярость и рывок, которых, как честно признавался сам себе Куропаткин, ему лично не хватало.

Макаров ждал новых вопросов.

Куропаткин же задумался о том, что именно такой человек может ему пригодиться. Алексеев ведь не успокоится: наместник порой плевать хотел на стратегию и требовал скорейшего деблокирования Порт-Артура. Какое-то время он еще потерпит, но через месяц-два в любом случае придется кого-то двигать в сторону Квантуна, и почему бы не рассмотреть на эту роль Макарова.

Лирика и воспоминания – это, конечно, прекрасно, но главное, этот человек вполне смог бы стать тем инструментом, который позволит Алексею Николаевичу добиться всех его целей. Не только победить на востоке, не только предотвратить риск войны на западе, но и… выполнить просьбу уважаемых людей, чтобы партия царя не получила за счет этого слишком много власти.

* * *Евгений Иванович Алексеев стал наместником Его Императорского Величества на Дальнем Востоке летом прошлого года, а вообще он на Квантун приехал еще в 1899-м. Как раз успел поучаствовать в подавлении Боксерского восстания, и, наверно, в те дни он окончательно осознал, что это место можно подчинить только силой. Не жестокостью, а именно силой державы, которая должна была притянуть и поглотить новые земли.

Поэтому он и активно включился в работу Безобразовских концессий в Корее, и искренне поддержал императора в его готовности следовать заветам прадеда. Место, где был раз поднят русский флаг, больше он опускаться не должен.

– Полковник Макаров прибыл по вашему приказанию, – доложил старый слуга, который прошел с наместником сквозь годы и три кругосветных путешествия.

– Проводите его ко мне, – кивнул Евгений Иванович, думая, как выстроить этот разговор."

"С одной стороны, Макаров заинтересовал его еще когда генерал Засулич доложил о завербованных им корейцах: умение поставить себя с малыми народами говорило бывалому путешественнику о многом. С другой стороны, полковник был, прежде всего, военным, а значит, по умолчанию входил в орбиту Куропаткина и тех лиц, что представлял бывший военный министр. Впрочем, могло ли это говорить о личных политических взглядах Макарова? Вовсе нет…

Алексеев решил начать издалека.

– Что вы знаете о Ходынской трагедии, полковник? – спросил он, разжигая трубку и приглашая своего гостя пройти на балкон, с которого открывался вид на Ляоян.

– Коронация, больше тысячи смертей, трагедия… – осторожно ответил Макаров.