Санкт-Петербург, пятница, 9 февраля. Взрослые мужики собираются для игр в реконструкцию сражений по правилам «Подземелий и Драконов». Время течёт, а они продолжают игру как в прошлое, так и в будущее — где победит тот, кто убил предыдущего. Начало новой эры войн: Японская война 1904 года....
Похоже, «Японская война. 1904» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Чисто теоретически нам должны были полагаться и пара казачьих сотен для разъездов, и пара батарей по 8 легких орудий, но наш полк был последним в списках, так что всего этого богатства нам не досталось. Бывает. Поэтому лошади оказались не строевыми, а обозными: то есть или клячи, или ветераны, для которых тащить повозки со скоростью пехоты уже подвиг.
– Зато количество нестроевых обещают довести до полного штата, все 240 человек, – попытался порадовать меня Клыков. И с одной стороны, я им всем найду применение, а с другой, кем тогда сражаться?"
"– 12 музыкантов, столько же старших музыкантов – такие бывают? – и капельмейстер к ним? – я продолжал чтение и подсчеты.
– Следить за лошадьми и стадом для кухни, – меня снова вернули к суровой прозе жизни. Все верно, солдату каждый день положено давать мясо, а поэтому в целях правильного хранения и транспортировки пока это мясо бегает на своих четырех ножках.
– Пять писарей, священник с помощником… – я вздохнул, а потом заметил и кое-что интересное.
Тут мне тоже быстро объяснили, что к чему. Самокатчики в 1904-м – это велосипедисты, которых гоняли и просто для передачи сообщений, и чтобы кабели связи прокладывать. Мой нынешний командир, как оказалось, не очень любил все эти новшества, поэтому их никто и не прибрал к рукам раньше. Ну, а саперы… Их в это время использовали только для обороны, а генерал Засулич не собирался отсиживаться в кустах перед какими-то японцами.
Может, и не так мне с ним не повезло.
– Беру… – Перед глазами начали вырисовываться первые детали будущего сражения, и я довольно потер руки.
Глава 4
Сижу на крыльце, смотрю на рассвет. Красиво, хотя здесь, на юго-востоке Китая, он какой-то не такой, как дома.
Вчера мы сдали Шевелева в дивизионный госпиталь, а потом отправились готовить к ночевке выделенное нам здание. Вернее, всеми бытовыми вопросами занялись Хорунженков и Клыков, а я больше слушал, смотрел и запоминал.
