Автор
Кент, Англия. Октябрь 1817 года. Элинор Линдон пытается обосновать свои финансовые потоки, пока Чарлз Уиком, граф Биллингтон, не рухнул с небес на ее голову, словно волшебный подарок из прошлого. Волнующий инцидент разрушает мир Элинор, заставляя задуматься о новых перспективах и отвергнутых мечтах....
– Теперь я понимаю: ты приняла слишком много лекарства.
Чарлз сложил на груди руки, наблюдая за тем, как она зевнула. Элли вызывала у него беспокойство. Казалось, она шла на поправку - и вдруг в глазах появились слезы, а вот сейчас… Если бы он не знал ее получше, то подумал бы, что она собралась обольстить его.
Это вполне согласовывалось с тем, что он написал в седьмом пункте, хотя ему не хотелось демонстрировать свои любовные намерения сейчас, когда она пребывала в несколько странном состоянии.
– Пункт седьмой, пожалуйста, - настойчиво повторила Элли.
– Может быть, лучше завтра… Элли надула губы.
– Ты сам говорил, что хочешь развлечь меня. Ну так знай: тебе не удастся меня развлечь, пока я не узнаю, что заключено в седьмом пункте.
Чарлз и подумать не мог, что он не сумеет прочитать этого вслух. Элли вела себя так странно, что было бы нечестно воспользоваться этим обстоятельством.
– Вот, - сказал он, ужасаясь тому, что слышит смятение в собственном голосе, и немного сердясь на себя за это. Что с ним происходит? Кажется"" его приручили и одомашнили.
Чарлз положил перед ней листок и наблюдал за тем, как она пробежала его глазами.
– Вот так да! - воскликнула она. - А это возможно?
– Уверен, что вполне возможно.
– Даже в моем состоянии? - Она вытянула вперед руку. - Ага. Думаю, ты поэтому и говоришь об этом…
Чарлз, не скрывая самодовольства, увидел, как густо покраснели щеки у Элли.
– И что ты скажешь, дорогая?
– Я даже не знала, что такие вещи можно делать ртом, - пробормотала она.
Губы Чарлза растянулись в медленной улыбке - в нем пробудился повеса. Гораздо приятнее чувствовать себя в своей тарелке.
– Есть и много других способов…
– Ты расскажешь мне о них позже, - поспешно прервала его Элли.
Веки его стали тяжелыми.
– Или, скорее, покажу это тебе. Он готов был поклясться, что Элли расправила плечи, когда сказала или, вернее, выдавила из себя:
– Ну хорошо.
А может быть, не выдавила, а выкрикнула. В любом случае она была явно напугана.
А затем она зевнула, и Чарлз понял, что не имеет большого значения, напугана Элли или нет. Новая доза опия начала действовать, и Элли должна была вот-вот заснуть.
Вскоре раздалось громкое посапывание, Чарлз вздохнул и отодвинулся подальше, гадая о том, сколько времени пройдет до того момента, когда он займется любовью с женой. И вообще, доживет ли он до этого события.
Из горла Элли вырвался громкий храп, под который нормальному человеку уснуть трудно.
