Запрокинув голову, конунг вглядывался в небо. Его губы порой беззвучно шевелились. Княжна пожалела, что сунула нос не в свое дело. Харальд говорил с Богами, а она, подсматривая за ним тайком, мешала.
Когда конунг резко обернулся, она едва успела отскочить. Яромира была готова поклясться, что он ее заметил. Почувствовал. Неважно! Он точно знал, куда смотреть. Закусив губу, княжна покосилась на край занавеси, который еще колыхался. Чутко, внимательно прислушиваясь, она ждала чужой поступи."
"Но палуба молчала. Ни шелеста, ни скрипа.
Натянув повыше плащ, Яромира положила щеку на сложенные ладони и закрыла глаза. Довольно для нее на сегодня.
Утром она не сразу сообразила, где находится. Выбравшись из-под плаща, княжна застонала. Утихшая к ночи боль заиграла с новой силой.
Вылезать из-за занавеси отчаянно не хотелось. Встречаться с Харальдом, за которым она — Боги Светлые! — подглядывала ночью, не хотелось еще сильнее. Сделав над собой усилие, Яромира все же сдвинула в сторону занавесь.
И тут же столкнулась с едким взглядом.
— Долго же ты спишь, белоручка.
Злобный волчонок Ивар, племянник Харальда, обернулся к ней со своей скамьи. Нарочно или нет, но сидел он совсем близко к ней. Их отделял лишь небольшой проход на палубе. Невольно рука Яромиры дернулась к горлу, которое болело. Она не могла посмотреться в серебряное зеркало, но знала, что на шее уже проступили следы его жесткой хватки.
Ивар заговорил с княжной на ее языке. Верно, чтобы она точно поняла оскорбление.
«Нужно было подлить для него в раствор вчера соленой морской водицы», — Яромира молча хмыкнула, и глаза викинга полыхнули яростью.
Кажется, он не любил, когда его не замечали.
— Не могу понять, что я в тебе нашел на берегу, — понизив голос, прошипел Ивар уязвленной змеей. — Ты страшна даже для рабыни.
— По своей воле с тобой не легла бы и рабыня, — ровно отозвалась Яромира.
Его слова задели ее. Еще как! Но если она покажет это сейчас, то оскорбления никогда не иссякнут. Он будет настойчиво бить в одно место, добиваясь своего: ее слез, обиды, громких криков.
— Будь счастлива, что ты зачем-то понадобилась моему дяде. Иначе уже кормила бы рыб на дне, — огрызнулся Ивар и, стиснув весло, повернулся к княжне спиной.
Она вздохнула и попыталась пригладить растрепавшиеся волосы.
Куда бы ни плыли два драккара, легким для нее этот путь не будет.
* * *Сглотнув слюну, Яромира повертела в руках тушку, с сомнением к ней приглядываясь.
— Воротишь нос, дроттнинг? — ее замешательство не укрылось от Ивара.
Впрочем, тот и так не сводил с нее взгляда. К его лихорадочному вниманию за пару дней, которые она провела на драккаре, Яромира уже привыкла. А вот то, что после его слов к ней разом повернулось несколько мужчин, заставило ее поежиться.