Автор
Настя на кухне, нежно прихорашивает еду, а под колёсами любви — другая жизнь. Колеса несут нас далеко от скуки, как и тот разговор, который Ева дала Адаму, открывшись миру чувств. Встреча двух существ на грани счастья и страдания.
"Ярослава и Грач
История первая
— А где Яра? — спросила Василиса.
— Сдала Григорию, — махнула рукой Настя.
— Он посадил ее на шею и таскает по отделу
Сокола, смеется, что раз уж будущее начальство
пришло обозреть свои намечающиеся владения,
ему положены слуга и конь. Вот пусть и отдувается,
раз сам подвязался.
«И жили они долго и счастливо…»
Под колёсами любви.
Это знала Ева, это знал Адам.
Колёса любви едут прямо по нам.
И на каждой спине виден след колеи,
Мы ложимся, как хворост,
Под колёса любви.
Наутилус Помпилиус — «Колёса любви»
1.
Настя была на кухне. Как раз снимала кастрюлю с огня, напевала что-то шепотом, вторя музыке в наушниках, покручивала в такт бедрами. Финист оценил ситуацию: они оба дома, Яра предупредила, что может задержаться, за окном еще светло и вся квартира в их распоряжении… В общем, редчайший случай, грех не воспользоваться. Он облизнул губы и стал подкрадываться к жене. И когда его пальцы почти сомкнулись на ее талии, раздался звонок в дверь.
Настя, разумеется давно его заметившая, засмеялась.
— Иди уже.
Финист вздохнул и пошел, отчаянно надеясь, что за порогом его ждут свидетели Иеговы: ему было жизненно необходимо устроить кому-нибудь сеанс пыток. Однако за дверью обнаружился Григорий.
— Вечер добрый, — словно извиняясь, начал он. — Я тут документы принес, подпиши, а то Баюн трясет, а тебя из отпуска дергать не хочется.
К Финисту немедленно вернулось хорошее расположение духа.
— Это ты удачно зашел, — широко улыбнулся он. — Мы тут с Настькой пельменей настряпали, сплошное мясо и почти никакого теста, проходи, гостем будешь.
— Спасибо, конечно, но я… — начал было Григорий, но Сокол не дал ему закончить, перебил, закрывая дверь и отрезая путь к отступлению.
— Заходи, заходи, что я не знаю, что ли, что ты весь день не ел. И вообще, я обязан накормить человека, который спасает мой отпуск.
Настя выглянула с кухни, приветственно помахала зажатой в руке прихваткой.
— Привет, Гриш. Ты проходи-проходи, Яра все равно еще в универе.
Григорий улыбнулся чуть менее напряженно и, явно смирившись с тем, что отвертеться не получится, снял ботинки и пуховик и прошел на кухню.
— Хорошо у вас, — заметил он, садясь за широкий стол. — Впрочем, как и всегда.
