Автор
Лев Гуров оглядывал ипподром со своей беседки — взгляд полон любопытства к этим игрушкам наездников и их неуклюжих лошадок. Разнообразие размеров создает забавную атмосферу, где мощные жеребята рядом с мелкими черепахами в колесиках.
Обсуждался один вопрос: работать в субботу и воскресенье или нет? Давать Крошину передышку или не давать?
Не давать, планомерно давить, убеждали Птицыны, Ломакин отмалчивался. Лева считал, что на субботу и воскресенье надо сделать перерыв. Константин Константинович поддержал Леву, но добавил:
— Пригласите-ка сюда сейчас официанта, который обслуживал Логинова и Крошина. Трофим Васильевич, — обратился он к Ломакину, — опроси товарища поподробнее. О чем хочешь беседуй с ним, только он этот разговор должен надолго запомнить и всем рассказать.
— Понял, Константин Константинович, — Ломакин встал. — Разрешите идти?
— Минуточку, — Турилин тоже встал. — Идея понятна?
— Понятна, товарищ полковник, — хором ответили Птицыны. — Официанта пригласить нам?
— Да, — Турилин кивнул. — А вы, Лев Иванович, поезжайте в ложу Крошина.
Братья высадили из машины Леву за два квартала до ипподрома, а сами с шиком остановились у центральной колоннады.
По расчетам Константина Константиновича, вызов в управление официанта ресторана должен стать первым ударом непосредственно по преступнику.
Братья прошлись по трибунам, сухо отвечали на приветствия.
Многие из присутствующих уже знали, что двойняшки — старшие инспектора Управления уголовного розыска. Одни раскланивались с ними, так как были знакомы, другие — на всякий случай, из почтения.
Лева не торопился. Вчера Наташа звонила четыре раза. Действительно беспокоится о прописке или это давление Крошина? Скорее последнее, так как сегодня утром позвонила Аня и назначила ему свидание.
Крошин сидел на своем излюбленном месте. Аня с Наташей сзади грызли орехи, «телохранители» пили пиво. Валек, стоя за барьером, ждал указаний. Все, как всегда. Крошин просмотрел программку, следил за разминкой, поставить не решался. Ему казалось, что теперь ставки стали означать не выигрыш или проигрыш денег, а значительно большее.
