В Эхо первой любви читатели погружаются в мир прохладных вечеров и теплых прикосновений, когда сердце замирает от незнакомого счастья. Атмосфера книги наполняется нежностью и тихой надеждой, словно шепчущаяся мелодия старинной музыки в темном лесу.
Какая связь с убийством Владимира? Для Клавдии его смерть не выгодна никак. Она ничего не наследует, а под управлением Елены бизнес, скорее всего, пойдет так, что у вдовы не достанет средств на личную помощницу.
Лев Абрамович решил, что надо попить кофейку, после чего спокойно поразмыслить, но пока Макс ходил набирать воду в чайник, понял, что снова испытывает ощущение прескевю. «Кажется, я становлюсь хрестоматийным сыщиком», – подумал Дворкин с некоторой досадой, встал и заходил по кабинету.
Почему появилось это чувство тревоги и раздражения? И в какой момент? Лев Абрамович снова сел за стол Макса и открыл папку со статьями. Хозяин кабинета вернулся, что-то сказал, но Дворкин невежливо на него цыкнул, чтобы не спугнуть мысль окончательно.
Ага, кажется, что-то царапнуло его во время просмотра статьи о благотворительности Елены.
Фамилия, ну конечно! Была бы она Клавдия Иванова, другое дело, но Деппершмидт… Ага, и он подумал: какая редкая фамилия, и все же не уникальная. А подумал он так, потому что когда-то видел интервью Макара Деппершмидта, крупного чиновника в городской администрации. Питер, конечно, большой город, и однофамильцев в нем предостаточно, но Макар и Клавдия… Слишком уж странное совпадение, что в двух семьях с одинаковыми и не самыми русскими фамилиями так силен славянофильский дух, что они независимо друг от друга называют детей Макар и Клавдия.
Лев Абрамович вздохнул и подумал, что фантазия его работает слишком резво, но остановиться уже не мог. Итак, чиновник Деппершмидт представляет интересы группы лиц, которые хотят отжать дело Иваницкого, или же бизнес Владимира приглянулся самому Макару.
