Автор
Весеннее солнце заливало мягким светом комнату, где стены были усыпаны цветами. Темные волосы юноши торчали беспокойно в разные стороны. Его шаги на мраморной лестнице создавали шорох, как будто он нес с собой весь вес этого момента. Он услышал детский голос – звонкий и нежный, словно струна музыкального инструмanta. Его запах был как нельзя более чётким — смесь вины и морской соли, дыхание которого врывается через открытые окна....
Но при взгляде на маму у Дженни вдруг снова пропало желание что-либо рассказывать ей. Женщина выглядела такой разъяренной…
– Так. – Дорис прикрыла глаза. – Если ты немедленно не объяснишь мне, в чем дело, то мне, наверное, и в самом деле придется сходить в отдел по делам несовершеннолетних и заявить там, что я не успеваю уделять внимания своей дочери по причине страшной занятости…
– Нет! – закричала Дженни. – Я не хочу в интернат! Не хочу! Мама, только не это! Пожалуйста!
– Тогда выкладывай, зачем ты туда ходила.
Дорис поглядела на свои наручные часы.
– Я ходила туда из-за одного дяденьки, – прошептала Дженни.
– Из-за какого еще дяденьки?
– Он пообещал мне… день рождения…
Дорис вздохнула:
– Говори толком и по порядку. Какой день рождения? Твой?
– Да. Ведь я так хотела пригласить в гости друзей на большой праздник…
– Я помню. Мне казалось, дискуссия на эту тему закрыта.
– Дяденька сказал, что он может мне помочь.
– Что это за дяденька такой? Откуда он взялся?
– Не знаю.
Дорис смотрела на дочь широко раскрытыми глазами. Сигарета тлела у нее во рту, но женщина совершенно забыла про нее.
– Что? Я правильно тебя поняла? Какой-то совершенно посторонний дядька предложил тебе организовать день твоего рождения?!
– Да. Он говорил, что у него большой дом с садом, и он так классно умеет устраивать детские праздники! Он собирался все мне показать, и мы бы придумали вместе, как лучше украсить сад и подвальный этаж.
Дорис медленно опустилась на диван. Дженни с удивлением заметила, что лицо матери стало серым как пепел.
– Боже мой, – прошептала Дорис.
– Он такой добрый, мама, правда! – уверяла девочка.
В комнате зависла долгая минута молчания. Затем сигарета догорела до конца и обожгла кончики пальцев Дорис.
