Автор
В дни, когда листва становится золотой и солнце прячется за тучи, Доктор Волин чувствует тревогу. Эти осенние дни — не просто красивое зрелище природы, но напоминание о будущем холоде. Каждый новый случай простуды, который вечно присутствовал каждый октябрь, кажется тяжелым эхом предстоящего зимнего ледяного царства....
– И мне почему-то кажется, что ее здоровье тут ни при чем.
Доктор поморщился.
– Скажите ей, я могу уделить ей пять минут, – проворчал он.
Едва увидев Нинель, доктор понял, что Ольга Ивановна не зря употребила слово «возбуждение». Свободомыслящую даму прямо-таки распирало, и, глядя на нее, Волин мрачно подумал, что пятью минутами тут точно не обойдется.
– А Михаил Яковлевич уже уехал? – затарахтела Нинель. – Ольга Ивановна мне сказала, что его нет… Слава богу! Вы не представляете, доктор, до чего я не хотела застать его здесь! Ведь тогда мне пришлось бы сказать ему… Вы меня знаете, доктор, я старая противница властей, но, в конце концов, убивать людей никто права не имеет…
– Сударыня, – пробурчал Волин, даже не пытаясь казаться вежливым, – уверяю вас, что если у вас есть какие-то вопросы к господину Порошину, то ответить на них я не смогу даже при всем желании.
– У меня – вопросы? Ха! – Нинель рассмеялась высоким, режущим ухо смехом. – Это он скорее был бы счастлив задать мне кое-какие вопросы… Ведь тогда, может быть, он бы узнал, за что убили этого несчастного студента.
Она говорила настолько уверенно, что доктор заколебался. Но Волин, помимо всего прочего, был умен и отлично знал, что на прямой вопрос от некоторых женщин не так-то легко добиться прямого ответа.
– Неужели? – как можно более равнодушно уронил доктор, пристально глядя на свою собеседницу. – Полагаю, вы станете меня убеждать, что Колозин был убит из-за того, что властям пришлось не по душе его оправдание…
– Боже мой, Георгий Арсеньевич, ну что за фантазии! Если бы речь шла о политическом деле, я бы, возможно, согласилась с вашей гипотезой, но тут все-таки совершенно другой случай… Это чистая уголовщина!
– То есть у вас тоже есть какая-то гипотеза, Нина Андреевна.
"– Это больше чем гипотеза, доктор! Понимаете, я задержалась вчера у Снегиревых… Я стояла на лестнице и слышала, как Колозин разговаривал с кем-то.
Глава 17
Разбитые мечты
– Вздор, – решительно заявил Волин.
