Эйва просыпалась среди странных сновидений и вязкого покалывания всего тела. Высокое голубое небо с мелькающими облаками казалось почти живым, словно дышащим под холодной луной. Воздух был пропитан легким ароматом свежего снега, что только усиливало острое чувство принадлежности к этой суровой природе....
— Эйва, брось в котелок крупу, — прервала мои мысли старушка, измельчая в ступе горсть семян.
Где лежит мешок с крупой, я уже знала, молча кивнула, осторожно поднялась на ноги, стараясь не делать резких движений, иначе снова закружится голова. Я прошла к небольшому ларю, вытащив из него тканевый мешок с гречкой, высыпала две горсточки на стол, принялась выбирать из неё мусор.
— Не люблю, когда на зуб попадает камешек, — пояснила удивлённой старушке.
В печи весело потрескивал огонь, тёплый свет двух ламп освещал небольшую комнатку, создавая уютную атмосферу.
— Завтра уйду, сутки меня не будет, — проговорила Мораг, искоса на меня взглянув.
— Что-то случилось? — спросила, вдруг ощутив необъяснимую тревогу.
— Битэг время пришло, дите надо принять.
— А я?
— Ты сбор доделай, как я учила.
— А если придёт к тебе кто? Что я скажу, — проговорила, чувствуя, как меня захлестнула паника, — можно я с тобой?
— Куда? Силы сперва верни, и сотню шагов не сделаешь, — усмехнулась старушка, чуть помолчав, добавила, — люди знают, что меня не будет.
— Хорошо, — обречённо кивнула, ссыпала в ладонь выбранный из крупы мусор. Промыла гречу от грязи и пыли и только тогда высыпала её в котелок.
— Агнар присмотрит за избой, не бойся, — произнесла ведунья, пристально на меня взглянув, — слухи ходили — Эйва жестокий воин. Арран научил свою дочь убивать…
— Я не помню, — быстро проговорила, взяв из корзины морковь, предложила, — обжарим её на масле? Суп повеселей будет, а то синюшный вид не вызывает аппетит.
— Делай как знаешь, — ласково улыбнулась Мораг, продолжив своё неспешное занятие.
Сковорода нашлась быстро, масло тоже и вооружившись ножом, я принялась мелко крошить морковь и небольшую головку лука. Стащить с огня котелок оказалось не просто. Как ведунья, поднять нагретые ручки голыми руками я не могла. Пришлось поискать, чем можно ухватиться, тряпки, которой мы вытирали со стола, было недостаточно.
Мораг заметив мою растерянность, подсказала заглянуть в сундук и выбрать подходящий кусок ткани, при этом пытливо вглядываясь в меня. Ощущение, что я букашка под микроскопом не покидали меня с того самого момента, как я здесь очнулась… Взъерошив волосы, прогоняя мрачные мысли, невольно поморщившись от боли, задев рану на голове, я вернулась к печи.
В дверь постучали, когда в котёл с супом я сбрасывала пассированные овощи.
