Автор
Взрыв молчания: резкий старт в бешеной атмосфере секретного расследования. Эксклюзивная история об исчезновении высокопоставленных чиновников, где каждая секунда важна. Вы не найдете здесь романтической сказки — только холод и решительность.
— Этот ты про того, который вам корпоратив в «Сабантуе» устроил с шашлыками, баней и катаниями на квадроциклах?
— А при чём тут это? Если он корпоратив нам устроил, что теперь? В ноги ему кланяться?
— Подожди-подожди. Просто хочу уточнить, что я всё правильно поняла. Новый владелец — это тот, которому ты про египетское сафари чесала и улыбалась во весь рот? И про которого в раздевалке говорила, что он гораздо лучше Воронина?
Юля поджимает губы и отводит взгляд. Первый поджопник есть. Вот что они за стадо такое? Один день готовы петь псалмы и воздушным рисом закидывать, но едва сплетню услышат, так сразу переобуваются и человека с навозом мешают.
— Нас никто не спросил, хотим ли мы так работать, — подаёт голос Толик. — Он ведь ресторан купил, а не людей в нём.
Вообще, разговор про дополнительный час у нас с Каримом действительно был, но вопрос так и остался в подвешенном состоянии. Однако успокаивать персонал, говоря, что ничего не изменится, не хочется. Если они из-за простого слуха восстание решили поднять — значит, лучше сразу по ушам навешать, чтобы впредь неповадно было.
— Всё верно, Толик. Карим Талгатович купил этот ресторан, и значит, именно ему решать, каким будет график работы. Захочет — и вовсе круглосуточным сделает его, прикинь? — Я не без садистского удовольствия обвожу взглядом вытянувшиеся лица. — Кого не устраивает — всегда можно уволиться.
Снова поднимается гвалт, из которого становится ясно, что Карим обязан был вынести вопрос на народное голосование. Много раз звучит слово «сверхурочные» и «уволюсь».
— Кто хочет уволиться — прошу пройти ко мне в кабинет, — гаркаю я, чтобы прервать это бессмысленное кряканье. — А сверхурочные я обязательно обсужу с Каримом Талгатовичем. А ещё внесу предложение снизить окладную часть, для того чтобы нанять новых официантов. Сделаем четыре смены вместо двух, а то что вы, и правда, как рабы пашете. Будете дома с семьёй больше времени проводить, на дачи кататься. Может быть, и на дополнительную подработку время останется.
Молчат, глаза пучат.
— А почему нельзя оставить всё, как раньше? — жалобно тянет Саманта.
— Потому что руководство каждый день думает, как в условиях жёсткой конкуренции сделать ресторан лучше, — назидательно говорю я. — Чтобы вы и дальше пихали чаевые в подол и вовремя оплачивали ипотеку.
