— Тебе, идиоту, не понятно что ли было то, что я сказала тебе вчера? Моя дочь только моя. Я рожаю ее для себя, а не для тебя!
— Успокойся. Не кричи.
Подавлять эмоции хуже, чем их выплескивать.
— А ты мне не указывай!
— Я не указываю, а прошу.
— Плевать я хотела на твои просьбы, понял? А тем более на приказы. Я их год слушала. Все исполняла! Больше не стану.
— Хочешь остаться в том городе?
Теперь уже не сомневаюсь, что стоит остаться. Они мне там жизни не дадут. А здесь, рядом с братом, я справлюсь.
— Да, хочу!
— Правда думаешь, что сможешь оградить мою дочь от меня?
Прибить его готова!
— Она моя!
— И моя…
— Ты отказался от нее, когда расстался с ее матерью.
— Я не знал о ней твоими стараниями, — цедит Мирон. — И это все еще злит меня.
Ладно, если он так хочет, то мы можем обсудить все до конца. Прямо сейчас. По телефону даже лучше, чем смотреть в его холодное лицо и понимать, что ему как и тогда плевать на мои чувства.
— Мне уже все равно, что ты чувствуешь, Мирон. Злость, радость, боль… Это все твое.
Твои проблемы. Твои тараканы. Сам с этим разбирайся. Меня давно не касается.
— Мы бы не развелись, узнай я о беременности.
— Думаешь я этого не знаю? — ухмыляюсь.
— Знаешь?
— А что тебя удивляет? Я не хотела, чтобы меня «оставляли» из-за ребенка. Ты принял решение развестись. И я тоже потом приняла решение. А если у тебя там что-то изменилось теперь, то у меня не изменится. На этом все, Барсов.
— Наказать меня хочешь?
— Вовсе нет, — качаю головой. — Я просто больше не хотела и не хочу тебя видеть.
Никогда. Это не наказание. В моих планах было сделать так, чтобы ты никогда не узнал о ребенке.
— Но теперь я знаю.
— Да, к сожалению… — хриплю тихо, прикрывая глаза. — Как ты узнал?
— Случайно.
— Не скажешь значит?"
"— От твоей подруги.
— М-марины?..
Да быть того не может! Она не могла...
— Это не то, что ты думаешь. Она мне лично не говорила. Я услышал разговор. Она говорила с тобой по телефону. На улице. Так вышло, что я услышал.
Ох, черт… Надо же было так…
— Ясно.
Жестокая случайность.
— Я бы все равно узнал. Рано или поздно. Если поздно, то злился бы еще сильнее.
— Мне было бы на это наплевать, — хмыкаю с безразличием. — Ладно, что-то затянулся наш разговор…
— Постой.
— Что еще?
— Я правда хочу, чтобы ты вернулась, Лиля. Так будет лучше. Для тебя же.
— Можешь хотеть. Этого я тебе запретить не могу. Но по-твоему не будет. У меня своя жизнь. Если ты наконец-то созрел для детей, то заведи себе очередную подружку.
