Но хочу ли я этого?.."
"Думаю, он и так узнает, или уже знает. А еще мой звонок может послужить для него надеждой, что я могу простить его. Нет, я не дам ему ни одного повода так думать. Звоню только Марине и Максиму.
Моим мукам нет конца. Все-таки первые роды. А они почти всегда такие. Долгие и мучительные.
Проходит несколько часов прежде чем меня увозят в родильную комнату, и уже там начинается настоящий ад, приправленный радостью скорого рождения моей дочери.
Меня успокаивают, наставляют, а я, стиснув зубы, стараюсь, что есть сил.
Стараюсь не думать о боли, но кричу от нее. Слезы ручьем, а в мыслях... он. Да, я думаю именно о нем. О том, что он мог бы быть здесь сейчас, если бы не предал меня.
Когда все случается, и я слышу этот самый лучший звук в своей жизни, едва не выключаюсь.
Спустя пару с лишним часов меня переводят в палату, а еще через полчаса приносят мою Ульяну. Чтобы мы, наконец, побыли вместе, и я смогла ее покормить.
Боже, какая же она красивая… Просто волшебная.
Моя девочка.
— Ульяна… — тяну ее имя, с трудом видя свою малышку из-за слез. Как же она пахнет. Самый прекрасный запах в мире. — Я люблю тебя…
А она будет любить меня. Я сделаю все, чтобы это было именно так. Она меня не потеряет так рано, как я свою маму. Я не причиню ей такую боль. Всегда буду рядом.
Скоро мне уже можно будет вставать. Роды, к счастью, прошли без осложнений. Но все равно придется пробыть под наблюдением врачей четыре-пять дней. Это и малышке нужно.
У меня тут все есть.
Максим еще три дня назад принес мне все необходимое для меня и моей малышки. Подготовились мы хорошо.
Только я заканчиваю кормить свою девочку, в палату раздается деликатный стук.
— Да… — разрешаю войти, хоть и понимаю, что это не может быть Максим или Марина. Марина не сможет прилететь, а Максим должен приехать только через пару часов, после работы.
Предчувствие меня не обманывает. В палате появляется новоиспеченный отец, который, скорее всего, сейчас сходу начнет высказывать претензии.
Я ведь ему не сообщила.
Взглядом его предупреждаю, чтобы вел себя тише.
Смотрю на него и улыбнуться хочется. Он такой растерянный. Чуть ли не парализовало бедного. Мирон кладет букет из красных роз по пути на стул и очень медленно теперь направляется к нам.
Я взгляда с него не свожу. Странно видеть бывшего мужа... таким.
— Она спит… — шепчу. — Поела и уснула…
Мирон аккуратно садится на край моей постели, не отрывая взгляда от Ульяны.
