Звонка, например, от него.
Мирон звонит через полчаса примерно, я быстро выхожу из комнаты и отвечаю ему.
— Ты поговорил с ней?
— Я сейчас поднимусь.
— Погоди…
— Я уже вошел в подъезд. Меня тут пропустили твои соседи, — и отключается.
Закусив до боли нижнюю губу, я иду к двери ждать.
Едва он нажимает на звонок, я отпираю дверь.
Встречаю его коротким взглядом и молча пропускаю.
— Хорошо выглядишь, — делает мне комплимент, когда я закрываю дверь."
"— В растянутой футболке и свободных штанах? Ну да… — оборачиваюсь, стараясь держаться спокойной.
Мне тяжело видеть его. Каждую секунду. — Ты пришел сказать, что поговорил с матерью?
— Да, по телефону. Но я потом к ней еще поеду, — его глаза бегают по мне.
— Так ехал бы сейчас.
— Как Ульяна? Спит? — меняет тему.
— Да, отдыхает. Проснется — пойдем гулять.
— Отлично. Я с вами тогда.
— Нет. Марина скоро приедет. Мы уже договорились, что пойдем гулять вместе.
Мирон едва заметно кривит лицо.
— Тебе обязательно все время быть такой резкой?
— А что, тебе уже надоело? — склоняю голову чуть в бок.
Бывший муж слегка иронично прищуривается.
— Не дождешься, — говорит он и снимает обувь. — Я и так сегодня собирался к вам заехать. Уж два раза в неделю я имею право видеть свою дочь, — снимает пальто и вручает его мне. — Пойду, загляну к ней. Не волнуйся, я буду тихим.
Он уходит, а я еще стою в оцепенении с полминуты.
Даже возразить ему не смогла.
Договор чертов.
Повесив его черное пальто в шкаф, я иду вслед за ним. Не входя в комнату, нахожу его взглядом у кроватки Ульяны.
Замираю и дышу через раз от картины, как склонившись, он смотрит на нее спящую.
А ведь все могло быть иначе… Не так.
Я могла любить тебя всю жизнь, Мирон. Но ты этого не хотел.
А теперь… Теперь ты даже всей правды мне сказать не можешь.
Не став дальше поддаваться чувствам, я удаляюсь в кухню, чтобы сделать себе чашку чая.
Мирон появляется вскоре. Но я на него не смотрю. Продолжаю пить свой чай и рассматривать магнитики на холодильнике.
— Я дверь прикрыл. Она спит. Очень сладко.
Я лишь киваю едва заметно.
— По поводу матери не волнуйся. Я ей все сказал. Она больше не придет.
— Я понимаю, что ей хочется увидеть внучку, — произношу тихо. — Я бы на ее месте тоже хотела… Но мы все платим за свои поступки. Она платит сейчас за свой.
— И я.
Это заставляет меня взглянуть на него, но быстро отвести взгляд.
Мирон подходит ко столу, за которым я сижу, отодвигает стул и садится рядом.
