В темном подъезде холодная смерть непостижимым образом раскрывает тайны семейного клана. Нелепое умирание настолько поражает, что зритель невольно задерживается, словно притягиваемый нечистой силой страха и предательства. В этом месте смерть лишь начало загадочной истории, таящей в каждом жесте и каждом краю этой ужасной дымы....
На виадуке над третьим автомобильным кольцом Дима начал резко смещаться влево. “Девятка” упустила этот маневр и не успела перекрыть ему путь. Теперь Дима шел посреди дороги. Враги оказались впереди и правее.
Сразу после моста имелся очередной светофор. Для попутных он всегда горел зеленым. А слева, в специальном “кармане” на осевой, машины ждали зеленой стрелки, чтоб повернуть налево. А по встречной катит сплошной поток авто.
""Ну! Или грудь в крестах – или голова в кустах! Боженька, помоги!..""
И из центрального ряда, не снижая скорости, по широкой дуге, наперерез плотному потоку авто, Дима бросился налево, на Автозаводскую.
Ему надо было проскочить – в поперечном направлении – пять рядов машин.
Время для него будто замедлилось. Казалось, оно стало вязким, словно глицерин. Преодоление поперечного движения (на скорости восемьдесят километров в час) длилось долго, очень долго – вечность.
Сначала ему повезло: ни в крайнем левом встречном ряду, ни в следующем машин не было. “Шестерка” благополучно миновала первую полосу, потом – вторую… Дима непрерывно давил на клаксон.
"С тем, кто ехал в третьем ряду, столкновение казалось неминуемым. Дима видел выпученные от ужаса глаза деда за рулем – на такой же, как у него, “шестерке”. И… Дед, кажется, сделал невозможное. Он сумел притормозить!..
Дима пролетел в полуметре перед чужим капотом. Но теперь его машина должна была неминуемо ахнуть со всего маху в бок бетономешалки. Водительская кабина грузовика уже миновала траекторию Диминого движения. Шофер, даже если б успел, все равно не смог бы ничего сделать.
Диме казалось: перед его лицом, словно в рапидной съемке, движется, вращаясь вокруг своей оси, – и одновременно неохотно уползает вперед полосатая туша бетономешалки. “Ну, быстрей!” – даже, кажется, успел подумать Дима. И.., то ли бог услышал его, то ли шофер действительно каким-то чудом ускорил свой гигантский “миксер”… А может, пространство расступилось перед Димой – только бетономешалка успела миновать летящую наперерез “шестерку”. И лишь краешком, чуть-чуть, по касательной, Димина машина задела хвост бетоновозки.
Этого легкого касания оказалось достаточно, чтобы “шестерка” изменила направление и полетела вбок.
В устье Автозаводской улицы полуяновская “шестерка” въехала боком. Ее проволокло, неуправляемую, пару десятков метров. И опять счастье: на пути не оказалось ни пешехода, ни машины, ни дерева – только гладкий асфальт:
Через секунду Дима пришел в себя. Оживил заглохший мотор. Вывернул руль.
