Автор
В бурном начале романтики, ты пытаешься вернуть нормальную жизнь, и все же сталкиваешься с неожиданным вхождением Эксклюзивного мачо в свой мир. Встреча заставляет тебя забыть о страхах и пойти на встречу своей страсти.
– Вы же сказали, что интересуетесь тем, что происходит в нашем городе? – Я поднялась, подошла к столу и доложила на него свою визитную карточку. – Если у вас переменится настроение, и вы решите со мной поговорить…
– О чем, детка? – хмыкнул он и подвинул карточку мне, но не щелчком, а приложившись к ней сразу тремя пальцами. – Если мне захочется тебя увидеть, я и без визитки тебя найду.
– Что ж… – не стала я спорить и, стараясь соблюдать осторожность, положила карточку в сумку. – Не могу сказать, что было приятно познакомиться, однако спасибо, что уделили мне время.
– Пожалуйста, – усмехнулся он. Я направилась к двери, а он сказал мне вслед: – Меня обманули, ума у тебя нет вовсе.
– Людям свойственно все преувеличивать, потому что я о вас того же мнения. – И, не дожидаясь, когда в меня запустят чем-то тяжелым, я спешно покинула кабинет.
Китаец, маячивший в холле, торопливо распахнул передо мной дверь.
– Мое обаяние на него не действует, – пожаловалась я Сашке, устраиваясь за рулем. Чуяло мое сердце, ничего путного из разговора не получится, так и вышло.
"Тагаев вполне мог говорить правду. Такой тип, как он, вряд ли помнит по именам всех своих женщин. Дед, к примеру, вечно их забывает и, чтоб не путаться, всех зовет Детка, а у этого времени больше, значит, соответственно, и девок. И он их не только по именам забывает, но и лиц не различает. И Райзман мог действительно звонить ему по поводу картины, с Никифоровым и Верой он не знаком… Однако, несмотря на здравые мысли, что-то подсказывало мне: Тагаев врет, а если врет, тому должна быть причина.
Я выехала со стоянки и решила немного прокатиться по городу. Я люблю свой город, особенно летними ночами. Фонари на улицах, огни рекламы, стайки молодежи возле кафе…
– А это что такое? – подумала я вслух, Сашка с интересом приподнял уши.
