Антон Климов улыбнулся, радуясь своему успешному бизнесу в соочной промышленности. Он не стал генералом ВДВ, но теперь обладает уверенностью, которая приписана людям его рода. Встреча с клиентами из Китая наполняла его душой патриотизма и надежды на будущее.
Правда с наградами снова что-то не заладилось и вместо ожидаемого всеми Георгиевского Креста, пусть даже четвертой степени, дали следующую по статусу награду — орден Святой Анны третьей степени. Дескать и так французы жирно одарили, так что обойдется «анкой».
Но собственно награды это дело второстепенное, главное Климов добился своей цели, теперь его знали не как парию-скандалиста и поэта-песенника, но и как отчаянного, и дерзкого бойца спланировавшего, и осуществившего дерзкое нападение на немцев.
Глава 21
58Ротация полков произошла по плану, но вместо того, чтобы заняться своими делами, Климову пришлось дополнительно отрабатывать полученную французскую награду, а именно писать статью о бронежилетах, а так же инструкции о тактических приемах штурмовых групп в окопах в обороне и атаке.
Тут он правда сразу уперся, сказав:
— Пригласите несколько офицеров, которым я все подробно изложу и уже дальше они пусть сами проводят лекции для остальных. Там ничего сложного нет, чтобы этим занимался лишь я.
У него ведь своих дел полно, с тем же сынком Извольского окончательно вопрос решить.
Возражать не стали, если уж на то пошло, то Михаил вообще не обязан был ничего делать в этом направлении, просто помня прошлый неудачный опыт не стал лезть в бутылку и ссориться еще и с франками, с ними и так репутация слегка подмочена из-за его позиции по минам направленного действия. Оставалось только радоваться, что дали все же «офицерский» крест, а не самый низший — «кавалерский».
И опять Михаил только подивился тому с какой скоростью французы внедряли новинки на вооружение. Стоило им только оценить реальный уровень потерь в роте Климова и собственно результативность этого штурма, как тут же был дан заказ на производство доспехов. Более того, эти пожиратели лягушек наложили свою пупырчатую лапу на те доспехи, что производились по его заказу, перехватив очередную партию уже на подходе к фронту.
— Поймите господин капитан, — оправдывался перед ним какой-то французский полковник, когда возмущенный грабежом средь белого дня Михаил потребовал объяснений в штабе Четвертой армии.
Пришлось уступить.
