В автобусе женщина обнаруживает острый нюанс своего поведения — расстегнутая ширинка. Страх усугубляется, когда парень указывает на нее взглядом. Описанный сценарий становится лишь началом эпической истории экзистенциального пересмотра собственной жизни в условиях вселенского масштаба....
Сейчас, когда мы уже за столом, он выглядит озадаченным.
– Тебе здесь не нравится? – наконец, решаюсь спросить.
– Да я вот думаю. Ты оставила нам что-нибудь из денег на жизнь или придется дом продавать? – обводит взглядом икру на нашем столе, усмехаясь в голос.
– Я выбила скидку. Большую. Не переживай.
– Гулять так гулять, да, Наталь Санна?
– А то, когда я еще поем черной икры. Брачный договор еще не хочешь?
– Будет стимул не разводиться.
– Вот, во всем надо искать плюсы.
– Черт, это разрыв шаблона.
– Ты о чем?
– Я думал, я тебя знаю, но оказывается нет. Как ты могла заказать столько черной икры всем этим мудакам, половину из которых я терпеть могу. Почему только не нам? Ты же та еще жмотина.
– Очень жаль, что ты меня хорошо знаешь. Говорят, надо оставаться загадкой, - зачерпываю ложкой черную икру и подношу ее к Славиному рту. Тот с неохотой, но все же съедает. – У них у всех имитация черной икры, – шепчу ему на ухо. – Кроме стола Миши, Маши, ее отца и твоего друга с женой.
– Да ты ж моя лапочка. Спалиться не боишься? И, стало быть, меня опозорить?
– Неа. Никто не догадается. На международном конкурсе вина победило самое дешевое в пакете из обычного супермаркета, которое один чувак специально вылил в дорогущую бутылку и представил его каким-то крутым винишком. Богатые люди просто выпендрежники.
– Матушки сратушки, ты и вино из коробки купила и заказала фальшивые этикетки?
– Тихо.
– Скорее твою психологичку. Ты ей икру тоже имитированную подсунула? – да, нехорошо как-то получилось.
– Она мне маленькую зарплату платила. С нее хватит настоящей красной. Улыбнись, нас фоткают, – и ведь гад такой не улыбается.
Зато, так или иначе, я ловлю на себе его постоянные взгляды.
Ну ладно икра, оказалось это ерунда, по сравнению с тем, что Слава, не скрываясь, уставился на девицу в коротком облегающем платье, на высоченных каблучищах.
