В дни последних дней Влада, солнце словно жестоко отмечало его присутствие, ярко светило. За спиной тишину разрывала лишь мелкая техническая чистота ворот колонии №8. Выстроились нагло девять машин — и поперек дороги, и на аккуратных тротуарах. Это было знакомое, но теперь еще более отчужденное зрелище: люди приехали за своим днем....
— Мужчина усмехнулся, пересекая помещение от низкого круглого стола в окружении кресел где находилась я к игорному столу, где сидел Казаков мрачно глядящий на Кобу, который спалился, пытаясь заглянуть ему в карты. — Чего, Казаков, тогда можем с тобой без мозгоебства, коли конторка одна?
— Миша, с тобой без мозгоебства никак нельзя. Да, Коба, блять!..
— Я не подглядывал! Ты сам карты повернул! Амир, руби, у него не флеш, он специально морду такую страшную делал!
Негромкий беззлобный смех в дым под потолком в полумраке випа ведущего клуба города.
Влад это подтвердил, когда мы пересекли парковку позади клуба и я увидела рядом с Лексусом Вано еще три машины и восемь человек, куривших, что-то негромко обсуждавших но разом замолкшивших при нашем появлении.
— Добро. — Негромко сказал Влад. — На подготовку две недели, отчитываетесь ежедневно, что будет за халтуру всем идвестно.
— Влад, а две не маловато ли… — осторожно спросил Вано, подавая повернувшемуся к нему Владу пачку сигарет. — Нам бы переждать после Римеровского провиса… Его сейчас уволили, в банке проверка.
— Две недели это дохера и с запасом, Ваня голова баранья. — Задумчиво ответил Влад, вскрывая пачку и чуть прищуренно глядя в промерзший асфальт. — Рус прощелкай кто там у них еще там может… Короче, прощелкай тему.
Руслан кивнул и углубился в телефон. Все только начали расходиться, когда в паре метров от края парковки остановился автомобиль и из серебристого седана вышел высокий брюнет.
— Казаков! — зычно позвал он, обходя седан и явно направляясь к нам.
— О, как. — Негромко выдал Влад, метнув на него краткий взгляд и снова посмотрев на пачку, выуживая из нее сигарету.
— Влад… — внезапно очень напряженно позвали в унисон Вано и Рус, пустив у меня мурашки вдоль позвоночника.
— Сядь в машину. — Ровно бросил Казаков мне, подкуривая сигарету и переводя взгляд на явно рассерженого мужчину остановившегося в пяти метрах от нас. — В машину, я сказал. — Толкнул меня в сторону Лексуса и тяжело посмотрел на остальных. — Вы тоже по машинам и домой.
У меня по венам струилось напряжение, застывшее в зимнем ночном воздухе. Неверными ногами пошла к автомобилю. Так же как и все.
