В континентальных провинциях войны — мир наполненный тревогой. Горожане дрожат от слухов о конце света, сельские жители обвиняют суровую погоду в бедах. А над небом парит кровавая комета, предвещая новые несчастья. Без объяснений, почему на страну обрушатся беды, люди ищут утешения в переменах к лучшему....
Ключ от кандалов хмырь повесил себе на шею, и вот это стоило запомнить…
Наскоро умывшись, я поднялся на улицу, а только замедлил шаг, давая привыкнуть к яркому свету глазам, кто-то из свиты герцога без церемоний пихнул меня промеж лопаток. Пришлось пошевеливаться.
Опоённых охранников Вальдер разместил во флигеле для слуг, там он и опрашивал их сейчас одного за другим. В коридоре навстречу нам попался седовласый дядька с отсутствующим взглядом опиумного курильщика. За тем неотступно следовали два рейтара.
На руки мне накинули сложенный плащ и кандалов видно не было, но уверен – охранник их бы попросту не заметил.
От дядьки исходили заметные эманации скверны, и я обернулся, пытаясь разобраться в своих чувствах.
– Шагай! – потребовал Берн.
– Отвали! – огрызнулся я и обратился к герцогу: – Могу я увидеть остальных охранников?
Само по себе присутствие скверны в душе человека ещё ни о чём не говорило – мало кто из нас может похвастаться кристальной чистотой помыслов, – но и закрывать глаза на подобные мелочи я не собирался.
– Хорошо, – ответил Карнстей после недолгих колебаний. – Но допрос прерывать не будем!"
"– Как скажете, ваша светлость, – покладисто согласился я, поскольку один человек погоды не делал. Тут либо единичный случай, либо замараны все. И замараны – намеренно.
Впрочем, я не стал запрягать телегу впереди лошади, и для начала прошёлся по комнатам, где разместили охранников. Скверной тянуло от всех до одного. Пусть едва уловимо, но тянуло.
– Ваша светлость, – окликнул я герцога Карнстея, – позвольте вопрос…
– Спрашивайте, граф, – разрешил тот.
– Почему сорвалась поездка в Орн?
Герцог смерил меня пристальным взглядом, недолго промедлил, затем ответил:
– Я не хотел раньше времени расстраивать дочь и сообщил ей об отъезде в самый последний момент.
Очень интересно. Просто-таки чрезвычайно интересно.
Девица с повышенной чувствительностью к потустороннему и одурманенные скверной охранники. Кого другого на месте Флоренс уже потянули бы на костёр. Впрочем, возможно, что и в самом деле потянули…
– Вы идёте, граф? – окликнул меня Карнстей от лестницы.
– Разве мы осмотрели не всех? – удивился я.
– Служанка Флоренс так же пострадала от яда, – оповестил меня герцог.
