Автор
Сашка свернулся калачником перед окном "Пасьянса", держа в руках заранее подготовленный отчет. Он смотрел на него с ученым выражением лица, как будто пытался прочитать его смысл мысленно сквозь слегка припорошенную бумагу. Толик положил папку на стол и предложил: "Угадай, кем работал это чудовище." В комнате вдруг наступила таинственная атмосфера, напряженная как натянутая струна....
– Мальчонка нам толкует, что якобы Колтун, перед тем как сбежать, собирался в ДК чулочной фабрики.
Ужасная картинка промелькнула перед глазами. Мальчик вышел из главного входа, а в руках у него голова. И только когда видение ушло, Игорь понял, что голова в руках пацана принадлежала ему.
Глава 14
Маша проснулась и теперь сидела на диване, поджав под себя ноги. Пришвин расхаживал по комнате взад-вперед. Юрка все еще ухмылялся, за что Игорь очень хотел дать ему по морде.
– Пешком до ДК чуть больше получаса, – размышлял Костя.
– Я не пойму, откуда он узнал об этом.
– Игорек, я же говорю тебе, они подельники.
Савельев посмотрел на Кулешова. Ухмылка, казалось, стала еще шире, будто судорога скривила рот. Не исключено, что пацан свихнулся. Игорь вспомнил, как и сам был на грани. Трижды за эту ночь. А она еще не закончена.
– Ладно, в любом случае нам надо идти туда всем вместе. – Игорь встал. – Маша, ты готова?
Девушка послушно кивнула.
– Игорь, этого я оставлю в наручниках.
– Только надень на него что-нибудь. Нам не хватало, чтобы он еще от воспаления легких загнулся.
Они подошли к террасе. Стрельцова вдруг остановилась, повернулась лицом к Савельеву и спросила:
– А как же Паша и Оля?
– Они нас подождут здесь, – произнес Костя, проходя мимо со своим арестантом.
– Тем более что они уже никуда не собираются, – добавил Кулешов и гыгыкнул.
– Маша, – попытался исправить ситуацию Игорь, – мы за ними обязательно вернемся.
Савельев поздно понял, что именно он сейчас и добил девушку своим «еще живых». Маша зарыдала. И вместо того, чтобы успокоить ее, Игорю захотелось вдруг заорать на нее, оборвать ее вопли хлестким ударом. Заткнись, заткнись, заткнись! Но он быстро взял себя в руки (это было, пожалуй, проще, чем отгонять мысли-слизни) и, обняв ее, погладил по голове. Стрельцова успокоилась так же внезапно, как и разрыдалась.
– Эй, вы там, идете?! – крикнул Пришвин.
– Ну, все, Машенька, надо идти. – Он отстранил ее от себя и посмотрел в глаза: – Только пообещай, что больше не будешь плакать. Обещаешь?
Маша кивнула и улыбнулась:"
"– Обещаю.
* * *Запах дерьма (что это же можно назвать экскрементами или отходами жизнедеятельности животных, Тутуев узнает немного позже, сейчас для него это все было дерьмом) был настолько резким, будто их всех искупали в нем. Вова поднял глаза на мужчину.
