Автор
Сашка свернулся калачником перед окном "Пасьянса", держа в руках заранее подготовленный отчет. Он смотрел на него с ученым выражением лица, как будто пытался прочитать его смысл мысленно сквозь слегка припорошенную бумагу. Толик положил папку на стол и предложил: "Угадай, кем работал это чудовище." В комнате вдруг наступила таинственная атмосфера, напряженная как натянутая струна....
– Куда мы идем? – спросил мальчик.
– Ко мне домой, – ответил незнакомец.
– А зачем? – подала голос Аленка и проглотила последний кусок шоколадки, подаренной этим лысым. Детское личико было все перемазано.
– Мы будем глядеть мультики, – улыбнулся мужчина.
Володя дернулся и вырвался из руки лысого.
– Мы не пойдем с тобой никуда, – сказал он, подошел и вырвал руку Алены из больших, как сардельки, пальцев мужчины.
– Ты чего это? – Наглая улыбка на лице пугала еще больше, чем намерения незнакомца.
– Ничего! Мы пойдем и все расскажем папе.
– Папе? – Мужчина улыбнулся еще шире. – Я тебя шлусаю, шинок.
Паровоз проснулся. Он развалился на электрическом стуле. Колтун сидел на ящике перед щитом управления и перебирал схему кнопка – пускатель. Простейшая схема. Для человека знающего проще может быть только строение организма одноклеточного. Но Вова по окончании института, как ни странно, к знающим не относился и на первом же экзамене на допуск засыпался. Законы Кирхгофа, законы Ома – все это он не понимал, но смог хотя бы выучить наизусть.
Я хочу стать электричем, как папа.
Вот оно, ключевое слово, – «папа». Сомнения по поводу отца посетили голову Тутуева впервые. Всю жизнь, по крайней мере, что помнил Владимир, его отец (а его ли?) работал водителем.
Я шлусаю тебя, шинок!
Очень интересный у него выговор. Мужик шепелявил, и что-то подобное Вова уже слышал.
Тутуеву иногда казалось, что он находится как во сне. Будто видит свое тело откуда-то со стороны. Им кто-то управляет. Он даже не мог вспомнить, когда, откуда и, самое главное, зачем сюда пришел Димка. Вова хотел было спросить, но вовремя остановился. Потом насмешек не оберешься. Раз он здесь, значит, так надо. Тем более он шарит в электрике. Еще одна пара рук не помешает.
Вдруг Колтун дернулся и уронил пассатижи.
