Начало светлой утра оказывается предвестником невзгод и разочарований. Каждое маленькое счастье — от плавного проезда маршрутизатора до случайного обнаружения выгодных распродаж в магазине обуви — быстро трансформируется в непреодолимую преграду. В один момент кажется, что все идет по плану, но затем мир рушится под ногами, заставляя задуматься о том, насколько сильно мы ценим обычность до тех пор, пока она внезапно исчезает....
Они-то родственники, как-нибудь уж разберутся между собой. А я куда лезу? Зачем? Так ли хороша Райвер? Так ли ужасен Герман? Может, они стоят друг друга?
А пострадаю-то я!
Но вот кофе был готов, и я, жутко нервничая от самой мысли, что пора вернуться в приемную, сделала первый шаг. Тело противилось, не слушалось, но я стиснула зубы и совершила настоящий подвиг — вернулась в приемную. Глядя куда угодно, но только не на графа, приблизилась, подала ему кружку и вернулась за стол.
До конца рабочего дня оставались считаные минуты, но я не была уверена, что мне можно оставить приемную, когда в ней находится посторонний.
Судя по звукам, граф спокойно пил кофе.
И почему я не маг? Сейчас бы быстренько телепортировалась отсюда на другой континент! Да просто чтобы вдохнуть полной грудью!
Когда долгие годы живешь под давлением долга и, зная, что окружающие тебя люди только и ждут, когда ты оступишься, но в лицо смеют только улыбаться и лебезить, становится крайне неожиданным известие, что кто-то смеет тебе противостоять.
Смотреть в глаза, упрямиться…
Какая глупая девочка.
И какая страшненькая…
Но забавная. Надо будет изучить ее внимательнее.
ГЛАВА 5
Хм, кстати, а может, я все-таки маг? Эта мысль, возникшая внезапно, словно озарение, так меня захватила, что на некоторое время я даже забыла о том, что не одна.
— Марьяна… — На мой стол очень звонко поставили пустую кружку, и я, испуганно вздрогнув, вскинула взгляд на подошедшего ко мне графа. Кажется, он стал еще массивнее и внушительнее. А кривая усмешка и скользящий по моему лицу ледяной взгляд не прибавляли спокойствия. — Насколько мне известно, ваш рабочий день до шести, а уже почти семь. Райвер, как всегда, не думает об окружающих. Позвольте пригласить вас на ужин.
Сначала я подумала, что ослышалась. Потом — что у меня слуховые галлюцинации. Под конец — что граф просто издевается. Последнее, кстати, было самым логичным. Ну не приглашают таким тоном и взглядом! А учитывая, что сейчас я вообще не красавица, то страшнее становится вдвойне.
Но как бы то ни было, граф ждал ответа, и я, кашлянув, чтобы прочистить сведенное судорогой горло, тихо уточнила:
— Зачем?
— Я проголодался, — с самодовольной ленцой сообщил граф.
