Начало светлой утра оказывается предвестником невзгод и разочарований. Каждое маленькое счастье — от плавного проезда маршрутизатора до случайного обнаружения выгодных распродаж в магазине обуви — быстро трансформируется в непреодолимую преграду. В один момент кажется, что все идет по плану, но затем мир рушится под ногами, заставляя задуматься о том, насколько сильно мы ценим обычность до тех пор, пока она внезапно исчезает....
— А вы разве нет?
Меня удивляло уже одно то, что он обращало! ко мне на «вы», да и в остальном ситуация попахивала фарсом. То ли мужчина решил на мне отыграться за длительное ожидание, то ли собрался завербовать в шпионы, то ли просто от скуки решил развлечься, но ни то ни другое не прибавляло мне энтузиазма. Однако, здраво рассудив, я предпочла согласиться. Что бы он ни задумал, следовало в этом разобраться. Даже если он решит скинуть на меня свое дурное настроение и просто поиздеваться, я должна ощутить это лично.
"И тогда окончательно решить для себя, на чьей я стороне.
— Да, я тоже проголодалась. — Принятое решение придало мне сил, и я сдержанно кивнула, при этом прилагая максимум усилий, чтобы не смотреть на собеседника. Это помогало мыслить здраво и не дрожать от необъяснимого ужаса.
— Тогда идемте, — властно поторопил меня граф и, убедившись, что я поднимаюсь с места, направился к дверям.
До столовой шли молча и как-то странно. Вроде вместе, рядом, но в то же время как будто абсолютные незнакомцы.
В столовой, когда мы уже сели за свободный столик, он сумел удивить меня, в очередной раз, вспомнив о моем присутствии лишь к десерту.
— Марьяна, как вам в академии? Нравится? Давно вы здесь работаете?
Одним махом граф завалил меня вопросами. Стало не просто страшно, а жутко до безумия. Он подозревает, что я самозванка? Но откуда? Мамочки-и-и! Я застыла столбом на бесконечно долгие двадцать секунд, а стала воспринимать действительность лишь тогда, когда обеспокоенный моим ступором граф назвал меня по имени.
— Марьяна? С вами все в порядке? Что-то болит? Беспокоит? Вы побледнели…
Серьезно? Последнее рассмешило, но это скорее было преддверие истерики, а сдавленный смешок вышел каркающим. Как может побледнеть кора?
— П… простите, — хрюкнула снова и уткнулась взглядом в кружку, лихорадочно вспоминая, о чем он спрашивал в самом начале. Кажется, об академии.
— Да, мне все очень нравится, — пробормотала нервно и отпила чаю.
Кажется, граф хмыкнул.
И небрежно задал новый шокирующий вопрос.
— Начальство не лютует?
Неосознанно вскинула на него изумленный взгляд и на несколько секунд потерялась в его янтарных глазах. Неожиданно мне почудилась в них откровенная насмешка. Как будто он точно знал, что начальство лютует, и просто забавлялся.
Встряхнула головой, прогоняя наваждение, и заподозрила графа в магическом вмешательстве.
